К двери, виднеющейся в конце коридора, я добиралась долго. Все время замирала и прислушивалась. К себе, к окружающему пространству, пыталась понять, чем вызваны странные ощущения или уловить хоть какой-нибудь звук, означающий, что я, по крайней мере, не одна в этом почти подземелье. И вот в этот момент вряд ли я понимала, чему бы обрадовалась больше: осознанию того, что кроме меня здесь больше никого нет или же встрече пусть даже и с суровой ведьмой-наставницей Дальей.
Жутко было. Страшно. Тревожно.
Мертвая тишина, царящая в этом конце замка, становилась плотной, даже воздух, казалось, стал осязаемым и липким. Он путался в волосах, цеплялся за полы платья, то ли подталкивая меня вперед, то ли, наоборот, пытаясь удержать и не пустить, не дать сделать следующий шаг.
Странно все это.
Приникла ухом к двери. Звуков никаких слышно не было. Мертвое дерево никак не отозвалось под моими ладонями.
Тревога стала нарастать. Непонятные ощущения, словно в водоворот захватили меня, закружили, вызывая дрожь по всему телу, приподняли тонкие волоски на руках, все внутренности словно узлом завязались и дыхание перехватило.
И мне бы сейчас развернуться и задать стрекача отсюда. Сбежать, пока не поздно. Но не было сил. И словно во сне, не отдавая себе отчета в том, что делаю, не контролируя собственное тело, я потянула за металлическое кольцо, приделанное к двери и выполняющее роль ручки.
Тяжелая деревянная дверь, окованная железом, поддалась легко. Отворилась, даже не скрипнув.
Из проема полился слабый зеленоватый свет. Пахнуло свечным воском и травами. Послышался треск огня в жаровне. Заинтригованная происходящим проскользнула в образовавшуюся щелку и осторожно притворила за собой дверь.
Резко выдохнула и развернулась, осмотреться. Сдержать крик не удалось, но из пересохшего в миг горла, на мое счастье, вырвалось лишь сдавленное сипение. Зажав рот руками, я замерла на пороге не в силах ни пройти дальше, ни повернуть назад.
Картина, представшая передо мной, пугала до потери сознания.
Круглая комната: каменные стены, пол и даже потолок были испещрены древними символами, значения которых я не знала. Хотя, может быть, среди них и попадались те, что в свое время заставляла меня выучить наставница – не стала рассматривать. На полу была нарисована такая же звезда, как и та, в центре которой умерла Алиша. Свечи, расставленные на полу, на полках и невысоком столике, ярко горели неестественным зеленоватым пламенем. А к одной из стен, в центре нарисованной на ней ведьминской фигуры, висела, прикованная кандалами, девушка. Она была полностью обнажена, лишь длинные соломенные волосы, тусклым покрывалом укутывали ее тело до самых бедер.
Услышав мои шаги, пленница слабо застонала и с трудом подняла голову. Ее лицо поразило меня не меньше, чем вся окружающая обстановка. Ведьмы не стареют. Мы сохраняем свежесть и красоту даже на закате своей жизни, но эта девушка…
Она не была старой. Просто изможденной, измученной. Серая землистая кожа натянута на скулах так сильно, что казалось одно неверное движение, и она порвется, бескровные запекшиеся губы слабо шевелились, словно она разговаривала сама с собой.
Поддавшись эмоциям, я рванула к ней. Подбежала поближе и резко остановилась в шаге от нее, словно натолкнулась на невидимую стену. Я не знала, что делать дальше. Эта девушка еще дышала, но выглядела так, словно жизнь уже давно покинула ее. Я знала о таких случаях, наставница когда-то давно рассказывала мне, о ведьмах, у которых отняли дар. Так вот, пленница этой странной комнаты выглядела точь-в-точь, как описывала мне госпожа Элара. Только вот, наставница говорила, что лишить ведьму ее силы может лишь инквизитор – их этому специально обучают – и больше никто. Даже перегорев, ведьма выглядит как обычная смертная женщина. А вот наши извечные враги, они умеют отбирать ту самую искру, что дарует сама мать природа каждой из своих дочерей. Как они это делают, неизвестно.
Но эта девушка находилась вовсе не в застенках Цитадели, не среди инквизиторов. Она висела, прикованная кандалами к стене в самом центре ведьминского ковена.