– Не переусердствуй, Паймон!
Проводив взглядом подругу Люмин, Тома произнес с сомнением в голосе:
– Этот Тарталья… Он из Фатуи, это настораживает. За всеми кознями в Инадзуме стояли именно они. И худший из них, Скарамучча, еще жив. Я не думаю, что Тарталья такой же скверный тип, но будь начеку. И если что, то сразу дай мне знать, ладно?
Люмин с улыбкой кивнула.
– Спасибо за помощь, Тома. Я бы погибла без тебя.
– Да брось, – зарделся парень. – Ты придешь меня проводить или попрощаемся здесь?
– Мне пока трудно ходить далеко из-за ноги. Эти лестницы дались мне нелегко, а ведь это была дорога вниз! – посетовала Люмин. – Так что боюсь, придется попросить тебя проводить меня обратно.
– Без проблем, – просиял Тома. – Давай, положи руку сюда…
С этими словами он закинул ее руку себе на талию, а ее обнял за плечи.
"Кожа, как огонь… – подумала Люмин. – Как с ним тепло! Прямо как с его стихией. Не то что изменчивый знак Чайльда… Аякса. Как странно, ему так не идет это имя!"
Несмотря на горячую ладонь Томы, поглаживающую ее плечо, на бегущие по спине мурашки, всю дорогу наверх Люмин размышляла о Тарталье-Чайльде-Аяксе. Они сильно сблизились за прошедшую неделю, и она часто ловила себя на мысли, что он вызывает у нее очень противоречивые эмоции: то готова его приколотить к ближайшей скале, то хочется прикоснуться, погладить, обн... Нет, вот тут нужно остановиться.
– Люмин?
– А?
– Мы пришли.
– Ой, прости, я задумалась.
– Я так и понял. Мне пора, я обещал Аяке вернуться сразу же, как ты закончишь.
– Да. Спасибо тебе еще раз, Тома. Ты выручил нас.
Она смотрела на него и губы сами собой расплывались в улыбке. Что тут поделаешь?
– Спасибо большое за подарок, – прошептал Тома и во внезапном порыве обнял девушку. – Для меня это много значит.
И хотя поцелуй был практически невесомым, Люмин не могла не почувствовать, как Тома коснулся ее ушка. Он отстранился, очень испуганно, но пристально посмотрел ей в глаза, будто хотел забрать с собой ее образ, развернулся и почти побежал прочь по коридору.
Люмин так и стояла, провожая его взглядом, пока тот не скрылся из виду. А когда исчез, выглянула в окно и долго смотрела в небо, словно где-то там был написан ответ на вопрос, что же ей делать дальше. Вернуться в Инадзуму? До зубовного скрежета надоели кайраги, гром и молнии... Поехать с Чайльдом в Снежную? Ей совершенно точно не хотелось мерзнуть, не после такого…Что же делать? Что? И… с кем? На одной чаше весов – теплый, безопасный и до писка милый защитник Тома. На другой – изменчивый, как океан, полный тайны и волнения Чайльд. Почему вообще она должна выбирать?..
– Ты так не решишь никогда, – сказал голос позади. Люмин обернулась к Тарталье и слабо улыбнулась.
Он подошел ближе и подхватил ее на руки.
– Что ты!.. – задохнулась она возмущением и смущением.
– Несу тебя к постели. У тебя же нога травмирована, помнишь? – тихо сказал он, наслаждаясь выражением ненаглядных золотых глаз. Он бережно опустил Люмин на перину и сел рядом.
– Что ты хочешь?
Он не ответил, лишь загадочно улыбнулся. Люмин начала нервничать под его взглядом.
– Тарталья!
Он продолжал молчать. Заправил ей прядь волос за ушко. Люмин поежилась и остановила его руку.
– Чайльд!
Он ловко перехватил ее ладонь и прижал к своему сердцу.
– Что ты творишь? – испугалась Люмин и попыталась отстраниться, но он удержал. В синих глазах искрилось озорство, смешанное с… надеждой?
– Ох! Не вынуждай меня... – начала она и осеклась.
Он наклонился. Опасно наклонился! Люмин почувствовала теплое дыхание на своем лице.
– Аякс… – прошептала она. Он довольно ухмыльнулся.
– Значит, вот что требуется, чтобы ты звала меня по имени, да? Опасная ситуация?
– Что ты делаешь? – снова вопросила Люмин, стараясь вернуть лицу то самое выражение.
– Подталкиваю тебя к очевидному решению.
Люмин показалось, что в комнате стало так же холодно, как и на пике Виндагнира, но нет, это всего лишь вызванные теплом его дыхания и тела мурашки затанцевали по коже.