По мнению девушки, игра немного затягивалась. Диана стянула с головы платок, позволяя длинным шелковистым волосам рассыпаться по спине. Кончиками пальцев дотронулась до губ Дани.
Он улыбнулся. Его нежные руки скользили по ее шее и плечам, аккуратно стягивая рукава. Идиотская шнуровка не хотела поддаваться. Он выругался, когда в очередной раз на ленте появился узел.
Диана рассмеялась и поспешила помочь.
И вот ткань нижней рубашки плавно соскользнула, обнажая маленькую белую грудь. Диана поспешила снять с парня камзол и прижаться к гладкому горячему телу. Мурашки пробежали по коже, когда руки Дани скользнули под юбку, касаясь бедер. Диана охнула и прижалась к парню еще сильнее.
Его поцелуи покрывали ее плечи, а губы медленно скользили к животу. Диана прогнулась навстречу этим ласкам, запуская тонкие пальцы в густую рыжую шевелюру.
Дверь скрипнула. Дани резко отстранился, заслоняя собой полуобнаженную девушку.
Сердце Дианы готово было выскочить из груди от испуга, но потом она увидела Антония — и внутри нее закипел гнев.
— Диана? Как ты могла? Быстро одевайся! — приказал младший брат, кидая ей плащ. А потом резко крикнул уже Даниилу: — Убирайся отсюда!
— Слушай, — попытался возразить ему парень, — я люблю твою сестру!
— Уходи! — оборвал его Антоний. — Тебя ищет отец — началась война. Объявили мобилизацию. Те мужчины, которые не придут в течение трех часов на городскую площадь — объявляются дезертирами. У тебя есть еще час в запасе!
Влюбленные стояли, словно громом пораженные.
— Война? — переспросила Диана, не веря своим ушам.
Антоний кивнул.
— Нашу тетку вчера нашли мертвой... Говорят, что убийца Яримир.
Диана прикрыла рот ладонями, стараясь сдержать крик. Фидель? Их прекрасная Фидель... Да, конечно, она натворила дел, да, она была виновата, что сбежала от мужа, что влюбилась. Но она была такой доброй, такой отзывчивой и всегда такой внимательной к Диане...
Слезы навернулись на глаза. Диана поспешно натянула нижнюю рубашку. Дани помог зашнуровать корсет. Не обращая внимания на возмущение Антония, влюбленные поцеловались.
Первым ушел Даниил. Брат и сестра еще какое-то время оставались в комнате.
— Как давно вы встречаетесь? — решил нарушить неловкую паузу юноша.
— Давно, — отмахнулась девушка.
— Хорошо, уточню вопрос: как давно вы спите вместе?
— Не твоего ума дело! — огрызнулась Диана.
Она любила своего брата, но сегодня была готова повыдергивать его черно-синие космы. Шестнадцатилетний сопляк, а все туда же — жаждет распоряжаться чужими жизнями.
— Мое! — начал выходить из себя Антоний. — Может, ты забыла, но я единственный мужчина в нашей семье и несу за тебя, Эльзу и маму ответственность! Я должен знать!
Диана хотела было соврать, но заглянув в голубые глаза, полные тревоги, ответила:
— Полгода.
Антоний тихо завыл.
— Диана! Ты дура! Безмозглая дура!
— Прекрати истерику! — прошипела девушка. — Если уж все сводится к выгодной партии, то не смотри на то, что у него нет титула, ты чудесно знаешь, что его семья богаче нашей раза так в три.
Брат провел рукой по своему лицу. Шумно выдохнул, а затем развернулся и направился к выходу.
Диана пошла за ним.
Только сейчас девушка осознала, что пока торопилась в гостиницу, то практически никого не встретила на окраинах и набережной. Диана слегка смутилась, ведь около моря жизнь всегда кипела: шли погрузка и выгрузка, матросы наводили порядки на палубах, проверяющие сновали между кораблями. Да и таверны — это таверны. Но сегодня даже около них было пусто. Все отправились в центр.
А здесь городок бурлил. У Дианы сложилось ощущение, что на улицу высыпали все — от мала до велика.
Женщины маленькими группками стояли около магазинов, тревожно переглядываясь. Они мяли платки и говорили, говорили без умолку. Все слова сливались в один неразборчивый гул, в котором можно было разобрать только страх.