Агентство «Рейтер» не стало поднимать шум, а запросы про пропавшего репортера от турецкой газеты, не могли повлиять на мнение Китая. Так, как это и бывает в случае с провалившимися агентами, вопрос спасения Фатимы Демирель был благополучно забыт. Пропала очередная девушка в Китае, это не являлось поводом для Правительственных Нот и угроз.
После месячного допроса и насилия с избиением, поняв, что девушка не обладает ценной информацией, Фатиму отправили в лагерь Сяодун, чтобы она пополнила число женщин, предназначенных для экспериментов.
Ее отправили самолетом из Пекина в Урумчи, где потом посадили в микроавтобус с дюжиной женщин — уйгурок. На полу лежало человеческое тело в форменной робе с мешком на голове. Лишь когда их высадили из микроавтобуса, а охранник снял с головы дела мешок, Фатима впервые увидела лицо девушки, что провела путь с мешком на голове. Несмотря на кровоподтеки и синюшность под глазами, девушка была великолепна. Густые локоны рассыпались по плечам, правильные черты лица и ослепительно белая кожа. «Шведка», — было первое, что пришло в голову Фатиме. Девушка спросила у охранника, где находится на отличном английском. «Американка», — мысленно поправила себя Фатима, разглядывая девушку. В связанном ангеле угадывалась сила, нет Сила, именно с большой буквы.
— Ты в аду, — ломанный английский китайца, резанул по сердцу.
— Я помогу тебе, обопрись на меня, — Фатима почувствовала нежность к этой девушке, хотя сама была едва старше ее. Их повели вглубь лагеря, где виднелись палатки. Восемь женщин с подростком повели к палаткам, а ее и красавицу-американку, как ее для себя окрестила Фатима, повели к отдельно стоящим зданиям, за решетчатым забором.
Решетчатый забор был под напряжением — обесточив его, нас провели внутрь, затем подачу тока возобновили. Из первого здания вышли трое человек — двое в форменной одежде охранников, третьим был уже седоватый доктор. Китаец обратился к охранникам на уйгурском, в автономии на нем говорят даже сами китайцы. Фатима попыталась вмешаться, доктор говорил, чтобы истерзанную девушку забрали из моих рук и сделали ей инъекцию. Проигнорировав мои просьбы, девушку укололи, ее тело обмякло на руках охранников.
— Несите ее в операционную, — распорядился врач. Заглянув в свой планшет, он посмотрел на Демирель.
— Фатима Демирель? Хотела увидеть лагерь Сяодун и узнать, что здесь творится? — Не дав ответить девушке, доктор громко позвал охранников:
— Ее тоже в операционную, мы ей покажем наше гостеприимство. — Попытку девушки сопротивляться пресекли ударом в живот. Пока, согнувшаяся от боли Фатима хватала ртом воздух, ее грубо потащили в здание. В предоперационной охранники сорвали с нее одежду, грубо хватая за груди и ягодицы, отпуская пошлые реплики. Заведя девушку в операционную, ее положили на стол, крепко зафиксировав руки и ноги кожаными ремнями. Слева находился еще один операционный стол, на котором была растянута девушка, вырванная из ее рук. Прошло не менее получаса, прежде чем девушка слева, подала признаки жизни.
— Ты американка? — спросила Фатима. Надеясь, что так и окажется. Американцы готовы рискнуть многим, чтобы вызволить своих соотечественников. Но сказанное девушкой ошеломило, для Фатимы эта нация ассоциировалась только швырянием денег и легкой жизнью.
— Нет, я русская, зовут Александра. Какого хера мы голые, нас что, насиловать собираются?
Глава 14
Геноцид
— Уйгуры — тюркская этническая группа, проживающая в Синьцзян-Уйгурском автономном районе. Уйгуры являются второй по величине преимущественно мусульманской этнической группой в Китае, и ислам является важным аспектом уйгурской идентичности. Около тринадцати миллионов человек говорят на уйгурском языке, и он используется совместно с другими языками меньшинств региона. Некоторые исследователи считают, что уйгуры являются предками всех тюркоязычных этносов. Мы, тюрки, самая разделенная нация в мире, — правильным голосом, словно читая лекцию студентам, Фатима просвещала меня, по-видимому, оседлав своего любимого конька.
— Насчет самой разделенной нации я бы поспорила, но продолжай, — спохватился, видя, как девушка смотрит недоуменно.
— Так вот, отрывочная информация, что в отношении уйгурского меньшинства проводятся репрессии, была давно. Но китайское общество очень закрытое, власть контролирует все — от газет до социальных сетей и мессенджеров, не говоря уже о интернете.