Голожаберный с готовностью подплыл к самому лицу царевича.
— Не высовывайся, а то отец расстроится. — Моллюск возмущённо трепыхнул плавничками. — Гвенни, тебя тоже касается; не усложняй работу магу, он и так без сил.
Гвенн не смогла справиться с собой и тоже возмущённо задохнулась.
— Я, между прочим, умею за себя постоять! И за тебя! И за Зельдхилла! И за Ваа!
Муж с возмутительной лёгкостью пропустил всё мимо своих бирюзовых ушей.
— Я учту. Спасибо, что напомнила. Ваа, ты отправишься проверить, как там Лайхан, а потом, если ничего нового не произойдёт — как там Маунхайр. — Оглядел их всех. — Поддаваться я не собираюсь, не бойтесь.
Дядька хмыкнул сурово.
— Хоть что-то из моих уроков задержалось меж твоих рогов, — сложил руки на груди. — Ты уверен, что мне не нужно остаться? Дроун тот ещё выдумщик, тебе ли не знать, он и барракуду способен заставить водорослями питаться.
— Я не настолько прост, как обо мне привыкли думать, — Нис вновь оглядел их всех, замявшихся, потупившихся. — Не настолько!
— Разумеется, царевич, мы все в вас верим, — Зельдхилл ни разу не изменил своему прохладному тону, отчего внушал теперь им спокойствие. — Очень сильно верим, только будьте осмотрительны. Время от времени…
— Да! Время от времени твою голову утяжеляют только рога! — дядька не стеснялся в выражениях. — Он хочет твоей смерти, и если только сможет, добьётся своего!
— Юный сир, вы бываете немного рассеянным в вопросах собственного благополучия. Обычно за этим следил сир, но тут он бессилен, поэтому мы волнуемся, — колыхнул плавничками Мигель.
— Тем более что Дроун очень хитрый, очень-очень хитрый, он однажды почуял меня, когда я был одного цвета со стеной. Прижался локтем с браслетом медным, словно бы не заметил, я чуть без щупки не остался! — Ваа взволнованно растопырил уши-перепонки. — Не надейся, что он не ударит при первой же возможности!
По мере высказывания мнений, Нис становился всё спокойнее внешне, что Гвенн истолковала однозначно: Нис разъярён. Следовало как-то смягчить напутствие.
— Мы все очень любим тебя, вот и всё, что следует помнить, — улыбнулась ему тепло. — Очень любим и волнуемся.
— Я учту, — судя по недовольному тону, муж не успокоился. — А теперь расходитесь. Вам есть, чем заняться, кроме как сомневаться во мне.
— Юный сир!
— Нис!
— Царе-е-евич, — протянул укоризненно Зельдхилл.
— Оглобля ты безграмотная! — не изменил себе Скат.
— Нис, как ты можешь?! — закончила Гвенн.
Как ни странно, после всех восклицаний Нис, видимо, смягчился.
— Другое дело. А то развели тут… — отвернулся. — Пойдёмте, Дроун сам себя не убьёт. То есть не изловит.
Ваа переглянулся со Скатом, оба пожали плечами, Зельдхилл высокомерно поднял брови и прихватил Гвенн за локоть, Мигель разразился бесконечным повторением «сиров» и «юных сиров» в самых разных сочетаниях, а потом исчез из виду. Остальные тоже потянулись по своим местам, Гвенн поспешила за мужем, прихватив Зельдхилла за локоть уже сама — так идти было удобнее.
— А где, правда, Маунхайр? — поинтересовалась шёпотом, чтобы не отвлекать спешащего мужа.
— Где и положено возмутительно осведомленному торгашу, — Зельдхилл оставался при своём характере. — В одной занятной слуховой комнате, где пытался, наивный, меня с Дроуном подслушать. Пришлось тюленя заморозить, жаль, бен-варра плохо переносят это заклинание.
— С ним всё будет в порядке?! — Изворотливый тюлень ей нравился, а его бархатная шкурка оставалась не поглаженной, а потому неосуществленной мечтой. — Он тоже нужен Океании, которая устроена естественным порядком! Я уверена!
Маг устало вздохнул, но покосился бело-лимонным глазом с интересом.
— У вас есть все задатки великой интриганки, моя царевна, постарайтесь их развить, — вернулся взглядом к спине Ниса. — Что касается роли Маунхайра в порядочном мироустройстве подводного царства, то я с вами согласен: пока он нужен. Поэтому я заморозил его чуть раньше и не совсем так, как потом ударило заклинание княжича Дроуна.
— Так значит, ты его спас! — радость не оставляла места сомнениям. — Я так и знала, так и знала!..
Зельдхилл аж голову повернул, нехорошо удивлённый её бурной реакцией. Бледные рыбьи глаза уставились на Гвенн:
— Уверяю вас, царевна, я руководствовался преимущественно рассуждениями высшего порядка, которые вам уже высказал: полезности данного бен-варра для нашей дорогой Океании.
— Именно это я и хотела сказать, прошу простить, многоуважаемый ши-саа Зельдхилл.