— Гвенн, недопустимо так называть царевича, не заставляй меня краснеть за тебя, за Дом Волка и весь Благой Двор, — прохладно произнёс Джаред и обернулся к фоморскому магу. — Ши-саа Зельдхилл, позвольте вам возразить: наш Дом, возможно, и отличается некоторыми вольностями в условленное время, но вы нигде не встретите более жёсткой дисциплины и…
Но Гвенн, уносимая супругом, этого уже не слышала.
— Вроде бы нельзя носить царевен? — промурлыкала она в его плечо.
— Царевна одна, и я буду делать с ней, что пожелаю. Я слишком соскучился. А что пожелает моя жемчужина?
— Круглая? — покапризничала Гвенн.
— Прекрасная!
— Я пожелаю немедленно, сию же секунду любить тебя, Нис!
Покрутила головой: никого рядом, лишь вдали, в проёме широкого коридора, маячили рогатые контуры стражей. Нис остановился, вглядываясь в лицо Гвенн.
— Прямо сейчас?
— Сейчас же! — её голос дрогнул, упав до шепота, пальцы сжали плечи супруга.
Пережитый испуг усиливал желание, Гвенн, сама себя не узнавая, задыхалась, готовая молить о близости. Очень похоже, что Нис испытывал то же самое, раз тоже оглянулся, а затем проломил спиной ближайшую дверь.
— Никогда, никогда не покидай меня, Нис, — шептала Гвенн, царапая спину о стену и впиваясь ногтями в спину супруга. Их подхватывало волной, отстраняло друг от друга и снова притягивало… И потом выбросило одновременно, счастливых, уставших и довольных.
Нис целовал её, а отпускать не спешил.
— Ни-и-ис, — протянула Гвенн, обретя дыхание.
— М-м-м?
— Отпусти меня уже!
— Хочу запомнить этот момент, — прижал он её крепче. — Такая мягкая, не колючая.
— Я — колючая? — поразилась Гвенн. — Разве я с тобой колючая?
— Странно, что твой второй образ — волчица. Я бы решил — рыба-шар. Такая, знаешь: стоит дотронуться, и она раздувается от негодования и выпускает все свои колючки.
— Я такая?!
— Нет, — очень спокойно ответил супруг.
— Нис!
— Ну, почти нет, — отозвался супруг немного насмешливо, без меры жарко.
Гвенн брыкнулась, вывернулась из его рук.
— Я сама кротость! — негодовала она. — Само спокойствие!
Она встала рядом, сердито сжимая кулаки.
— О да, — улыбнулся Нис, и царевна проглотила все язвительные ответы, скопившиеся на языке. К тому же полураздетый супруг выглядел невыносимо очаровательно.
— Надеюсь, мы не в чью-то спальню вломились? — решила оглядеться Гвенн. В неярком, персиково-золотистом свете вытянутых шарообразных светильников можно было разглядеть низкую скамью посреди небольшой комнаты овальной формы.
— Здесь особо чистая вода, здесь разминают тех, кто сильно устал, — прошептал Нис, расстегнув платье и поглаживая спину Гвенн.
— Если так, то я очень, очень устала! Мы ведь никуда не торопимся? Ты меня разомнёшь? Или опять меня свяжешь?
— Нет, хочу, чтобы ты меня трогала, Гвенни.
Как этот фомор умудрялся быть таким притягательным?
— Ответь мне на один вопрос, Нис, — остановила она супруга. — Как получилось, что я забеременела?
Нис, этот холодный фомор, фыркнул ей в волосы.
— Примерно так, как сейчас. Не могу сказать, когда было лучше.
— Ты говорил, что ответственен мужчина…
— А ещё дети случаются, как у вас: если любят оба.
— Об этом я не подумала! Так бы и съела тебя, — прошептала царевна между затяжными поцелуями.
А потом рванула кушак и застежки на кафтане супруга, успевшего оголиться только снизу.
— Понацеплял на себя, старые боги не развяжут!
Любоваться обнажённым супругом было отдельным эстетическим удовольствием, если бы Гвенн не переполняла любовь, желание и нежность.
— Моя очередь, — произнёс Нис.
Снял пояс с оружием с талии царевны, отстегнул нож с бедра, высвободил шпильки из волос, рассыпавшихся по плечам. Внимательно посмотрел на кончики шпилек.
— Что оглядываешь? — улыбнулась Гвенн, окончательно оставшись без одежды.
— Свою жемчужину. Думаю, где ты ещё прячешь оружие!
— Нет у меня никакого оружия!
— Ничего, я сдамся без боя.
Нис подхватил её и положил на постель. Неожиданно потёрся своими рогами о рога Гвенн, и та прикусила губу, чтобы не застонать. Вцепилась в плечи супруга и притянула к себе.
— Это… это почти поцелуй! Ну всё, хватит! Иди ко мне немедленно!
— Да куда уже ближе, Гвенни.