— Дядька Скат, — поприветствовал его Нис.
— Скат? — поперхнулась Гвенн, и тут её озарило. Это же воспитатель Ниса!
Припомнив наставления русалки, склонилась до пола, провела рукой справа налево.
— Лёгких вам волн, доброго моря и ясного света! Разрешите узнать ваше полное имя, уважаемый ши-саа?
— Малгофвохэйр, — ответил фомор. Посверлил взглядом царевну, тщетно пытающуюся повторить, и добавил: — Нису тоже было трудно выговорить, поэтому он прозвал меня дядькой Скатом. Меня все так называют. Кыш! — цыкнул на появившегося в проёме любопытного крабика, и того как волной унесло.
— Рада видеть воспитателя Ниса.
— Видимо, не больно хорошего воспитателя, — хмыкнул тот, — раз царевич глупость такую сотворил — потащил вас ночью в Крайние земли.
Нис не ответил, но вздохнул глубоко.
— Дядька Скат, не сердитесь. Как я поняла, хранитель может только отпугнуть, — решила вступиться за царевича Гвенн.
— Утренние часы опасны: это время для чудовищ. А если бы Блатрист явился?
— Дядька Скат, я уже был у Айджиана, — посинел Нис. — А Блатрист Кровожадный давно превратился в легенду.
— Кто это? — заинтересовалась Гвенн.
«Кровожадный» — говорило само за себя, однако лучше было уточнить степень опасности.
— Видите ли, ничего особенного, прекрасная царевна, всего лишь синий дракон! Он время от времени прогрызает дыру в границе с ши-айс, выплывает оттуда и обращает в лёд всех, кого встретит.
— Драконов не существует, — неуверенно сказала Гвенн. — Это же сказки!
Лёгкая улыбка на миг скользнула по губам дядьки Ската.
— Благая ши, вышедшая замуж за ши-саа — вот это, казалось бы, сказка. Такого не было с тех времён, когда Балор украл королеву Рек.
— Это было… — поразилась Гвенн.
— Мелочь. Всего-то тысячелетий пятнадцать тому назад.
— И про пр-р-редсказание ей скажи, — раздалось щёлканье из глубины зала, однако повар-краб так и не показался.
— Не стоит, — недовольно заметил Нис. — Это глупая история Верхних, искажённая в воде!
— Не совсем так, царевич. «Когда Иная, прошедшая моим путем, подарит то, что взято быть не может, тогда проклятие падёт, наступит мир и благоденствие», — добавил дядька Скат. — Так баяла королева Рек перед смертью. Говорят: Балор так рыдал, что из его слез родился жемчуг.
— Он же вроде ее и убил? — полюбопытствовала Гвенн.
— Балор-то? — покачал головой дядька Скат. — Он не мог убить свою любимую, пусть она нарушила его повеление и спрятала Айджиана. Она умерла от тоски и горя, решив, что её сын всё же погиб.
— А, так это её могилу мы навещали? — повернулась к Нису Гвенн. — Твоей бабушки?
Тот коротко кивнул.
— Но нет! — возмутилась Гвенн. — Послушайте, это же слова Проклятия, что произнесла земная, украденная нашим королем! Это наша легенда!
— Все эти «ваши легенды» — лишь отголоски того, что когда-то случалось у нас, в море. Уж не думаете ли вы, что древнее нас, ши-саа? Жизнь, оплодотворённая светом звёзд, зародилась в тёплой воде первого океана, покрывающего всю землю.
Гвенн открыла рот и закрыла, не став повторять историю Дома Волка: про любовь отца-мага и матери-волчицы. Наверняка дядька Скат расскажет свою историю, на несколько миллионов лет более раннюю. Или придумает! Хотя на выдумщика не похож. Да и ссориться с тем, кто воспитывал её мужа, не хотелось.
— Блатрист пощипывает ледяных фоморов, те лезут к нам, мы лезем к благим, — дядька Скат зажевал ещё одну гость чего-то мелкого и обернулся к царевичу: — Нис, я бы предложил вначале поучить ши-саа Гвенн на прирученном и смирном коньке. Например, на Сизом или Дымке, перед тем как сажать прекрасную царевну на Уголька.
— На Уголька? — у Гвенн перехватило дыхание.
— Нис не сказал? — вновь улыбнулся одной стороной рта дядька Скат. — А над стойлом ваше имя уже висит.
— Повода не было, — проворчал Нис. — Да и что за подарок? Всего лишь конёк. К тому же необученный. Не драгоценности и не жемчуг.
— Спасибо, Нис! Он великолепен! — восхитилась Гвенн. — Только теперь мне надо научиться сидеть на нём.
— Плавать на нём, — поправил дядька Скат. — А ещё ходить.
— Ходить на коньке?
— Не ездить же.
Гвенн изумилась, но быстро нашлась:
— Кому как не руководителю церемоний знать правильное употребление слов. Благодарствую, Малгоф-вохэйр, — произнесла она, почти не запнувшись.