Чернильная синева в высоком окне говорила о самом тёмном часе ночи. И всё вокруг было синим… Нет, синей была рука Гвенн! Ночник Ниса — светящийся шарик из мелких извивающихся рыбок — давал достаточно света, чтобы видеть: магический морской змей, прорисованный Айджианом на её руке, потемнел до густого василькового тона.
Гвенн вновь оглядела своё бирюзовое сокровище. Очень сдержанный и временами жёсткий с посторонними, Нис становился разговорчивым и мягким с Гвенн… А ещё с коньками и Ваа! Царевна вновь не удержалась от счастливого фырканья, решив, что попала в добрую компанию, и, подумав, чем она еще могла бы порадовасть супруга, разбудила его столь необычным, сколь и приятным образом, то нежа губами, то обжигая, доводя до грани и останавливая — а потом вновь доверяя себя полностью.
Это состояние светлого покоя продержалось весь день. Гвенн поделилась с Лайхан откровением о себе и о Нисе. Русалка обняла её и пожелала всей возможной удачи. Лейсун подобной чести не удостоилась, на вопрос: «Как прошла ночь» Гвенн показала язык, но та рассмеялась, довольная. Темстиале, словно поджидавшей Гвенн по дороге к Зельдхиллу, улыбнулась от души и пожелала обрести такую же любовь, как у них с Нисом. Удивилась злой гримасе, исказившей лицо отступившей княжны, и прошла мимо.
Только осознание, что ей предстоит убить полдня на занятие с фоморским магом, омрачало покой царевны.
Зельдхилл с самого начала вызывал её подозрения, а уж сегодня… Отослал слуг и закрыл дверь, чего никогда не делал, и царевна ощутила себя в ловушке. Но не стала ничего говорить, не желая выказывать свой страх или овеществлять его в словах. Затем, после ровного дыхания, практики сосредоточения и расслабления, а также очередной лекции о потоках и сплетениях, её учитель подошёл слишком близко. Гвенн насторожилась ещё сильнее. Зельдхилл никогда не переступал незримую границу собственной территории царевны, не явную, но магически ощутимую. Тогда зачем? Гвенн сцепила зубы и не отодвинулась. Родня её учителя занимала высокий пост подле отца Дроуна, Дарриена, князя Тёплого моря — одно это волновало царевну не хуже Великого шторма и поднимало на загривке несуществующую шерсть. Пара косых, словно оценочных взглядов — и Гвенн готова была показать клыки.
Речь Зельдхилла прервалась, Гвенн отшатнулась, но было уже поздно: обе её руки оказались спутаны магическим зелёным заклятием.
— Отпусти немедленно!
— Глупая девчонка! И не подумаю! — лицо Зельдхилла исказилось, став чужим и неприятным. — Раз заклятие подействовало на тебя — оно подействует и на Ниса!
— Даже не думай причинить ему вред!
Нет, не сейчас, когда они с Нисом обрели друг друга — только не сейчас!
Ярость на собственную глупость поднялась огненной волной, вырвалась из руки — там, где была нарисована пасть морского змея, и выжгла все зелёные плетения.
Гвенн в одно мгновение запрыгнула на мага, повалила его на землю и прижала локоть к шее.
— Что грозит Нису?
— Ничего, пока его так защищают, — странный звук был больше всего похож на сдавленный смех. Продолжил он таким тоном, словно читал лекцию: — Прошу вас, царевна, запомнить этот момент и применять его в дальнейшем обучении.
Гвенн в ошеломлении отпустила фомора. Тот встал, как ни в чём не бывало поправил обожжённую одежду.
— А ты… да как ты… Как ты посмел!
— Можете отказаться от моих услуг, если пожелаете, — поклонился Зельдхилл. — Я действительно никудышный учитель, раз смог выявить вашу магию только таким жестоким способом. Искренне прошу простить меня за это, царевна.
Обожжённая ладонь зачесалась и восстановилась: Зельдхилл владел и магией лечения. Владеть своей стихией у Гвенн получалось куда хуже.
В конце занятия она, согласно традиции, должна была сказать, что она извлекла из сегодняшнего урока. Царевна произнесла слова благодарности, затем фразу о том, что осознала, как ей владеть огнём, а Зельдхилл всё ещё выглядел не слишком довольным.
— Иногда то, что выглядит подозрительным — только так выглядит? — выдала она наконец, и учитель улыбнулся уголками губ, немного напомнив Джареда.
— Иногда то, что выглядит подозрительным — подозрительно на самом деле, — добавил Зельдхилл, а Гвенн зашипела от своей злости и чужой двусмысленности магических речей, пожелав магу свалиться Бездне в пасть. Конечно, про себя. К тому же царевна была уверена, что Зельдхиллом Бездна точно поперхнется!
Выйдя за дверь, Гвенн увидела Ската и на миг решила отвернуться и малодушно убежать куда подальше, но шагнула вперед. Тот поманил царевну, напоминая о занятии, на которое она сама же и напросилась.