Обстановка в комнате номер 3 отличалась крайним аскетизмом: кровать, тумбочка, шкаф и табуретка. Ночлежка! В чем-то Нол права. Но жить в чужом доме, где чужой запах, чужие вещи, и туда-сюда шастает посторонний мужик... Эрина передернуло. Лучше в ночлежке, казарме или чистом поле. И это принципиальная позиция.
- Сок у нас не принято разбавлять. А сметана такая жирная, что ложка стоймя стоит. А вы к нам надолго, товарищ... ап-Телемнар? - полюбопытствовала Мелисса, окончательно исчерпав тему достижений местной кулинарии.
- Как получится, - буркнул эльф.
- Жаль вы опоздали к празднику. У нас тут фейерверк был ну просто потрясающий. А скоро ведь Равноденствие. Будет так весело
- Могу себе представить.
"Уже напраздновался", - мрачно подумал Эрин, прикуривая и затягиваясь дымом.
А ну-ка шесть часов без сигареты! Так и уши опухнут.
В дороге следователь не курил - сначала спал, потом не хотел мешать отдыхать Нолвэндэ.
- У нас в присутствии дам не курят, - проворковала дриада с легкой укоризной в голосе.
- А в присутствии тотемного животного можно? - спросил энчечекист, кивнув на усатую бестию.
Мелисса Флавоноидовна неубедительно шикнула и даже сделала некое угрожающее движение, призванное продемонстрировать серьезность намерений. Но крыса на провокацию не поддалась, лишь сменив позу на менее вальяжную.
- Перекрытия у нас старые, они могут загореться от случайной сигареты, - обиженно заявила администраторша. - Так что не курите, пожалуйста.
- Угу, - пожал плечами Эрин. - А так крысы съедят. И тараканы.
Серая тварь нагло ухмыльнулась.
- Ой! Совсем забыла! Я вам сейчас принесу постельку. Чистенькую, свеженькую! - встрепенулась дриада.
- Несите, а то я сейчас уйду.
Дама кокетливо поправила прическу и весьма игривой походкой удалилась исполнять обещанное. А крыса осталась стоить глазки.
Но стоило Эрину потянуться за пистолетом в кобуре, как её словно ветром сдуло.
- Так-то лучше, - глухо рыкнул эльф.
А стрельнуть очень хотелось. Чтобы немного выпустить пар и перестать злиться. Вида капитан ап-Телемнар не подавал, но его просто трясло от негодования. Хотя и не только на девушку. На себя он тоже злился.
Признаться честно, выходка напарницы Эринрандира возмутила до крайности. Он ведь предупреждал, что Колдубинск - не самое приятное место на свете. Более того, здесь нет ни бутиков, ни гостиниц, ни ванн-джакузи, к которым мыслечтица, должно быть, основательно привыкла в столицах. Избалованная девчонка!
"Стоп! - сказал себе энчечекист. - Кто у нас взрослый, опытный и выдержанный? Кому следовало бы проявить прославленную гибкость и умение находить компромисс? И кому вдруг приспичило изображать из себя тирана и деспота? Тебе, ап-Телемнар, и только тебе!"
Что же мы имеем в итоге? Пять трупов, нервного сына Иприта, леди Анарилотиони, исполненную презрения к скромному быту провинции, продавленную койку в общаге, излишне дружелюбную дриаду и наглую крысу. Не густо!
Глава 2 (18 марта)
Город Колдубинск, основан в 645 году Шестой Эпохи, население около 3,5 тысяч жителей. Самое крупное промышленное предприятие - фармацевтический завод по производству спиртосодержащих фитопрепаратов. Так же широко представлено кустарное производство и народные промыслы.
- Здесь налево, леди... а вот теперь прямо, - командовал достойный сын Иприта, с очевидной тоской косясь на руль подпрыгивающего на колдубинских... колдобинах "нуэно". - Все! Приехали. Вот этот дом.
- М-м-м... - протянула я, рассматривая сплошной двухметровый забор и выглядывающие из-за него голые ветви плодовых деревьев. - Тут есть сад? Хорошо.
- Дом у Карловича большой, - несколько не к месту продолжил гном. - Раньше в нем вообще две семьи жили, каждая на своей половине, а теперь вот Бурат один барствует.
- А прежние владельцы? - я вылезла из машины и, задрав голову, разглядывала забавный флюгер-белочку над крышей.
- Уехали, - Зарин пожал плечами. - Это еще до меня было. Но Карлович - мужик хороший, мы с ним уж, почитай, лет пятнадцать знакомы... а может, и все двадцать.
Обнадежив меня этим заявлением, энчечекист без стука отворил калитку (хм, и зачем ставить такой заборище, если калитка запирается на обычную щеколду?) и проник во двор, зычно выкликая хозяина:
- Бурат! Ты дома?
На зов гнома из-за угла вывернул... нос. Да-да, вы не ослышались, именно нос. Во всяком случае, именно на эту деталь облика будущего квартиро... хм... домосдатчика я обратила внимание в первую очередь, и воистину неэльфийских усилий мне стоило перестать глазеть, и обозреть хозяина целиком.
Поддергивая наброшенный на плечи штопаный ватник и попирая садовыми калошами посыпанную щебнем дорожку, передо мной стоял пожилой леший. Нос его воистину был великолепен. Длинный и острый, он воинственно выдавался вперед, словно обломанный непогодой сук на стволе кряжистого дуба. Для полноты образа не хватало только пары зеленых листочков. Впрочем, вместо юной поросли на носу располагались неожиданно изящные очки в тонкой позолоченной оправе. Очки из облика деда-лесовичка явно выбивались. Леший-истопник? Однако! О, Эру, сколь удивительны деяния твои... Трогательный шарф в полосочку довершал картину.
- День добрый, Карлович, - гном обменялся с домовладельцем рукопожатием. - Вот, жилицу тебе привел. Командировочная к нам из области. Знакомься.
- Пинофилло, - церемонно поклонился обладатель выдающегося носа, - Бурат Карлович. Леший.
- Нолвэндэ Анарилотиони, лейтенант НЧЧК. Приятно познакомиться, Бурат Карлович.
- Дочка тех самых Анарилотиони, - сделав страшные глаза, трагическим шепотом известил лешего Зарин. Я сделала вид, что не расслышала.
- Какая честь, миледи! - Пинофилло шаркнул калошей по щебенке. - Чем могу служить?
- Оставьте это, сударь, - я мило улыбнулась. - Право же, какие могут быть церемонии! Мне сказали, Вы можете сдать жилье?