Павел вздохнул. На секунду он нарисовал в голове образ той второй девушки, которая была в кабинете с Амелией. У нее действительно были такие же пустые глаза, как у Уэнсдей из одноименного сериала. Интересно, что произошло в жизни этой девушки, что ее глаза попросту потухли? Она выглядела опустошенной, ее улыбка не значила ровным счетом ничего. Павел не знал даже ее имени, но по какой-то причине образ этой незнакомки отпечатался в памяти. Юноша не помнил, видел ли ее ранее. Павел учился здесь уже второй год, и ему казалось, что он запомнил здесь всех работников. Но, как оказалось, кого-то юноша все же пропустил.
Его руки зачесались. Ох, черт. Знакомое чувство. Он достал телефон и посмотрел на часы. До начала пары еще пятнадцать минут. Павел решил, что успеет. Он достал свой блокнот, положил его на колени и принялся быстро чирикать ручкой по белому листу. Слова лились сами собой, ему даже не приходилось задумываться над тем, что написать далее. Глаза той незнакомой девушки сложились в краткий стих. Эти строчки будто пытались придать им блеска, детской жизни. Но даже поэт был бессилен против внутренней тоски этой героини.
Глава третья. Афиша
Алиса схватилась за голову, когда увидела, какой объем работы ей сегодня дали. Девушка глазами дохлой рыбы пялилась на экран монитора. Она не представляла, как переварить весь этот поток отчетов. Алиса провела ладонями по лицу, а затем и вовсе застыла в таком положении. Амелия подъехала к ней на стуле и обеспокоенно взглянула на коллегу.
— Что-то ты совсем поникла. Все в порядке? Максимовна снова взвалила на тебя эти отчеты об успеваемости?
— Если бы она не сделала этого, я была бы чуточку счастливее, — вздохнула Алиса и посмотрела на Амелию. — Я так задолбалась, ты бы только знала. Кучу нервов и сил потратила на похороны матери. Не думала, что мне придется заниматься этим. У нее было куча родственников. И ни один не предложил помощи. В день ее смерти приехала только моя тетя по отцовской линии, хотя моя мама ей никем не приходилась. Но она помогла мне с этими ритуальными услугами. Если бы не она, я бы чокнулась.
— Ох, и веселые же были у тебя выходные. Не завидую. Постарайся сейчас не думать об этом. Все закончилось.
— Не могу, Амелия, как бы я ни пыталась. Это не так просто, как кажется. Я хоть и ненавидела ее, но это родной человек. И в памяти остались приятные воспоминания о ней. Когда мама была здорова, я чувствовала себя под ее защитой. Была какая-никакая поддержка с ее стороны. Да, у нее всегда был тяжелый характер. Она могла выбесить. Но эта женщина дала мне то, что не дал никто. Родной дом. Болезнь сломила ее. Мама перестала видеть, у нее отказали ноги. И она злилась на мир за то, что с ней происходит, что ни один врач не осмелился ей вовремя помочь.
— Мне так жаль, Алиса, — Амелия коснулась ее руки. — Если тебе одиноко сейчас находиться дома, то могу навещать тебя, приходить в гости, иногда даже оставаться на ночь. Мне все равно у себя делать после работы нечего. А зубрить конспекты можно и у тебя.
— Сейчас я хочу избавиться от всего, что там накопилось. Нужно многое выбросить.
— Я могу с этим помочь на выходных. Если ты этого хочешь.
— Не хочу тебе портить свободные дни домашней работой.
— Ой, брось, — фыркнула та и усмехнулась. — Мне свободные дни может испортить только Максимовна, когда решится позвонить мне и наорать.
Алиса улыбнулась, но Амелия заметила, что эти эмоции были насквозь фальшивыми, вымученными. Смерть матери подкосила ее ментальное здоровье, она казалась потерянной и замкнутой. Девушка хотела ее подбодрить, но каждое слово воспринималось Алисой в штыки. Она могла психануть из-за любой мелочи. Поэтому задавать некоторые вопросы приходилось с осторожностью. Это как идти со свечкой в туннеле, доверху набитым пороховыми бочками. Одна случайная искра, и случится взрыв. Алиса не плакала, все держала в себе. Амелия перестала ее видеть за творчеством. Уже почти неделю та не притрагивалась к своему блокноту, запихнула его в рабочий стол и даже не забирала с собой в конце дня. Амелия догадывалась в причине такого поведения, но поговорить об этом с Алисой не решалась. Даже тема кончины матери была хождением по тонкому льду. Удивительно, что Алиса так спокойно поговорила об этом. Амелия была уверена, что ее заткнут на полуслове, как и произошло сразу же после похорон. Алиса в те выходные даже игнорировала все ее смс-сообщения.
В конце рабочего дня заглянула Ольга Максимовна. Как обычно она осквернила свежий воздух в кабинете своими дешевыми духами. Амелия исподлобья наблюдала за ее походкой старой горгульи. Эта женщина явно заходила к ним, что выпустить на девушек пар. Это случалось ежедневно. Но сегодня она не сказала им ничего плохого. У Амелии даже появилось удивление на лице.