— Девчонки. Мы организуем такое мероприятие впервые. Ректор считает, что наш колледж должен провести бал в честь Хэллоуина в середине этой недели. Близится тридцать первое октября, поэтому хочу, чтобы все были готовы.
— А от нас что требуется?
— Оповестите студентов, — она вручила Амелии кипу рекламных афиш с довольно солидным фотошопом. — Не хочу опять опозориться. Бал не должен быть в духе школьных дискотек. Поэтому каждый из сотрудников должен внести свою лепту в данное мероприятие.
— Нам нужно украсить актовый зал для этого. Помещение довольно симпатичное. Нужно только подогнать его под определенную тематику.
— Вот и займитесь этим, Амелия, — рыкнула Максимовна и поспешно удалилась.
— Тоже мне королева нашлась, — прыснула Алиса. — Она на меня даже не взглянула, будто меня нет.
— Обижается до сих пор за твой фиговый сентябрьский отчет?
— Я бы ее послала в одно прекрасное место. Да слова нужные забыла.
— Надеюсь, украшение зала не повесят только на нас. Или мы единственные здесь, у кого дохера свободного времени? — Амелия устало взглянула на афишу. — Ох, если будут танцы, я бы тоже хотела в этом поучаствовать. В этом колледже в последний раз что-то подобное было лет десять назад. Странно, что они решили раскошелиться на такой нетрадиционный для России праздник.
— Видимо, хотят повысить престиж этой богадельни.
— Да перестань. Это же круто. Вспомни, где ты видела балы в честь Хэллоуина в последний раз? В голливудских фильмах если только.
— Мне плевать. Я все равно не приду туда. Делать мне нечего.
— То есть ты хочешь, чтобы я пошла туда одна?
— Почему одна? Там будет полно студентов. Большинство из них на год младше тебя. А я слишком стара для этого.
— Тебе всего двадцать три года, Алиса.
— Вот именно. Двадцать три. У меня с этими идиотами разница семь или шесть лет. Я для них старая тетя с уродливым лицом.
— Если у тебя уродливое лицо, тогда я тролль из «Шрека». Две уродливые блондинки, — Амелия засмеялась, но, увидев хмурое лицо Алисы, вмиг успокоилась.
— Я помогу украсить зал. Но туда не приду. Даже не проси. Это для студентов. У меня своих забот хватает.
— Эх, подруга, зря ты так говоришь о себе. Ты так и останешься одна, если будешь ото всех бегать.
— Мне никто не нужен.
— Вот когда в последний раз у тебя были отношения? Реальные, не по переписке.
Алиса ничего не ответила, ее глаза казались безразличными. Амелия видела, что та по устоявшемуся обычаю пыталась закрыться в себе, чтобы ничего не чувствовать. Но боль от одиночества переливалась через края, это невозможно было не заметить. Амелия читала ее работы, там вся правда о ней, настоящие мысли. Алиса мечтала о любви, но боялась ее искать, боялась влюбиться и быть отвергнутой. Она насильно заставила себя смириться с одиночеством, даже готовила себя к тому, что будет одна до конца жизни. «Ты такая красивая, такая добрая. И такая глупая», — подумала Амелия и вздохнула, глядя на Алису. «Ты обязательно пойдешь со мной на этот бал. И потанцуешь. И я тебе не дам отказаться».
Глава четвертая. Трясущиеся коленки
Алиса не хотела возвращаться домой, в течение этой недели она делала все, чтобы оставаться в колледже до последнего. Она заканчивала свою работу уже к четырем часам, но уходила всегда не раньше шести. Амелия убегала из учебного заведения самой первой из коллег, после чего кабинет становился пустым. Никто ничего не говорил Алисе, не пытался выгнать. Возможно, многие понимали причину ее задержек.
Девушка боялась остаться в своей квартире одна. Страшилась малейшего шороха в другой комнате. Как побороть это чувство тревоги? Она засыпала с включенной музыкой, даже купила ночную лампу, лишь бы темноты было меньше. Первые дни девушка слышала шаги, ей мерещились стоны в гостиной, плач. Алиса делала музыку в наушниках громче, пряталась под одеяло и оставалась там до самого рассвета. Но мама приходила к ней во снах. Хватала своей костлявой рукой за горло, начинала душить, испепелять своими ослепшими бледными глазами.
«Это ты убила меня! Это ты погубила мою душу, Алиса!» — кричала пожилая женщина. Ее пальцы сжимались на шее все крепче. Алиса начинала задыхаться. Тело полностью онемело. Она не могла пошевелить даже пальцем.