— Последнее время ходят слушок, что слезы ангелов обладают целебной силой. Не знаешь, кто пустил его?
Кара лизнула палец.
— На вкус такие же слезы, как у всех, — сказала она и встала.
Мир помутился, все вдруг стало размытым.
Черное сердце для нас обоих. Этого не может случиться. Должен быть какой-то выход.
— Как думаешь, — спросила кара, подходя к двери, — а не заявиться ли мне сегодня на свадьбу в этом плащике? Может быть так я понравлюсь твоему лорду больше?
Она посмотрела на меня и добавила:
—Эй, детка, выше нос, это совсем не страшно, все закончится уже к вечеру.
Глава 3
Из за ветра, задувающего в окна, дверь за Карой захлопнулась с такой силой, что ее оглушительный грохот мгновенно вывел меня из беспомощного оцепенения, вызванного ее словами.
Свадьба уже сегодня. Ждать конца осталось недолго.
Занавески трепетали на ветру, как будто зазывая меня куда-то лететь. Мне было холодно и слезы на щеках начали замерзать. Я видела, как изо рта идет пар от моего дыхания и не могла поверить, что все зашло так далеко.
Зажмурившись, я представила себе лорда. Борясь с холодом и страхом, будучи прикованной к креслу, я воссоздавала его образ в голове до мельчайшей детали. Мощная фигура воина, готового в любой момент ворваться в бой. Проницательные глаза, которые видят тебя насквозь. Улыбка. Та улыбка, которой он улыбался только мне, когда желал мне спокойной ночи. Его сильные руки и низкий, невероятно волнующий голос.
— Не нужно плакать, Ангел, я здесь, — вдруг услышала я и тут же открыла глаза.
Мальчик стоял рядом со мной и тщетно пытался развязать ремни, приковывающие меня к этому чертовому креслу.
Я так обрадовалась, увидев его, что сердце мое тут же взлетело вверх, а внутри разлилось приятное тепло, что рядом со мной есть кто-то знакомый.
Сейчас, глядя на маленького Габриэля, я видела, что тело мальчика как будто слегка просвечивало насквозь. Так уже было раньше, или я только теперь заметила?
— Габриэль, — радостно прошептала я, — как ты меня нашел?
— О, это было нетрудно, — сказал мальчик, все еще пытаясь развязать ремни, — я всегда знаю, где ты, с тех пор как отдал тебе ту фигурку с ангелом, помнишь? Но потом ты отдала ее какому-то другому человеку, и я долго не мог найти тебя.
— Ее украли, — прошептала я так, чтобы меня не слышали те, кто за дверью. Их приглушенные голоса доносились до меня, но я не могла разобрать ни слова.
— Вот оно что, — с досадой покачал головой мальчик, — ну тогда хорошо, что теперь она снова у тебя.
— Да, — сказала я с улыбкой, — ты не представляешь, как я рада тебя видеть.
— Я тоже рад, Ангел, — сказал мальчик радостно, но тут же помрачнел, — но я не могу развязать эти ремни.
— Не пытайся, — сказала я, вздыхая и с горечью осознавая, что мальчик вряд ли сможет повлиять на реальные объекты в этой комнате, — боюсь, что ничего не выйдет.
— Похоже на то… — сказал мальчик и осекся, — я понял уже, что много чего сделать не могу. С тех пор, как ты покинула замок, я как будто все время во сне.
— А ты можешь говорить с кем-нибудь, кроме меня?
— Нет, — покачал головой маленький Габриэль, — они не замечают меня по-прежнему. А сейчас, когда тебя нет, стало даже хуже. Ты разрешишь мне навещать тебя в этом месте?
— Конечно, — сказала я, пытаясь скрыть свое разочарование от того, что не смогу передать послание лорду через мальчика.
— А помнишь, ты принес мне фигурку, когда я потеряла ее? — спросила я, вдруг почувствовав, что возможно, есть призрачный шанс, — как у тебя это получилось?
— Я просто ходил по замку и нашел ее, — сказал мальчик, пожав плечами, — она валялась на полу в галерее, все ходили мимо и не замечали ее.
— Ты можешь взять ее у меня, и отнести в замок? — с замиранием сердца спросила я.
— Конечно, — пожал плечами мальчик, это я легко могу сделать. Но зачем? Она не нравится тебе?
— Нет, она очень мне нравится. Но ты должен отнести ее в кабинет своего отца.
Я старалась говорить как можно тише, и насколько могла быстро. В любую секунду Кара, или ее саджанские кровопийцы могли вернуться.
Если мальчик сможет отнести фигурку, куда я ему скажу, взрослый Габриэль наверняка ее заметит.
— Глаза мальчика расширились от страха.
— Но он не позволяет ходить к себе, — сказал мальчик, с трудом скрывая тревогу в голосе.
— Габриэль, послушай, твоего отца сейчас нет в замке, и вернется он нескоро, просто оставь фигурку у него на столе и уходи. Ничего не бойся, тебя никто не накажет.
Мальчик какое-то мгновение нерешительно мялся. Но через секунду, стиснув зубы, серьезно кивнул, явно набравшись решительности.