Я провалялась несколько дней, полностью отрешившись от всего.
Мое сердце болело, оно болело от несправедливости. Этой гребанной вселенской несправедливости.
И чтобы не рыдать каждые пять минут, я уходила в мир фантазии. Это единственное что мне осталось.
Я представляла себя, где то на пляже, в красивом купальнике, ярком парэо и широкополой соломенной шляпе. Солнце ярко светит, ни облачка на небе, нагретый песок, и пальмы раскачиваются от легкого, будто перышко ветерка. Я улыбаюсь парню, который идет мне навстречу. Я соскучилась по нему, и он не может без меня. Он подошел ко мне, и я с удовольствием запустила руки в его длинные, светлые волосы, которые давно пора подстричь, хотя кому сейчас до этого есть дело. Его руки обхватили мою талию, и притянули к своему телу вплотную, я почувствовала его возбуждение. Мы слились в глубоком, страстном поцелуе, нам надоело стоять, и мы растянулись на теплом песке. Алекс отбросил шляпу далеко-далеко и запустил руку в мои волосы.
Скрипнула дверь, но я не оглянулась, по легким шажкам я поняла, что пришла докторша.
Она, молча, проверила, как заживают ожоги, они были на ладонях и ступнях.
А я стала думать о том, есть ли Алексу дело до того что его волосы отросли и их надо подстричь? Почему то этот вопрос не отпускал меня.
..............................
-Мы должны искать ее. Я орал уже полчаса. Но он был равнодушен.
-Повторяю Александр, она сбежала. И будет наказана.
-О чем ты Виктор? Ну, скажи ему Дерек! Она не такая что бы убегать от проблем. Тем более у нее на попечении была девочка.
-Это ничего не доказывает, следов похищения мы не нашли. Она умная девушка, могла выяснить расположение улиц, где нет видеокамер, и таким образом исчезнуть.
-Но ее не было ни на одной станции, не было и на выезде из города. Ни одна видеокамера не засняла ее. Она не могла просто так исчезнуть.
-Это так, но мы ищем ее. Она изобретательна. Успокойся Александр, она должно быть, просто испугалась своей беременности, и решила спрятаться на некоторое время. Уверен, ты сможешь подобрать правильный подход к ней, и, в конце концов, вы поженитесь.
Этот разговор выбесил меня. Прошла неделя. Чертова неделя. А я не мог ее найти.
-Дерек, почему ты молчишь? Скажи что думаешь?
В трубке телефона стояла тишина. Когда я в очередной раз позвонил в братство, что бы узнать есть ли новости, то застал двух магистров. И через громкую связь, мог ругаться с обоими. Если Виктор прятал злость на сложившуюся ситуацию, под маской равнодушия. То Дерек был задумчив и тих. Я понял, что он не верит в теорию побега.
-Дерек. Ты же знаешь что в ней слишком много упрямства. Да она скорее бы мне голову оторвала, чем позволила себе такую слабость как бегство.
После недолгого молчания, он ответил.
-Я согласен, в твоей версии есть логика. Но Виктор также прав. Нет доказательств похищения.
-Она бы не бросила ребенка. Кети дорога ей.
-Виктор, она твоя подопечная, разбирайся сам. Сообщишь потом о принятом решении.
Я положил трубку телефона, не имело смысла тратить время на разговоры. Я должен искать ее.
Следующая неделя ни принесла никаких результатов. Никакой информации, никаких новостей, и даже сплетен.
Я связался со всеми друзьями и знакомыми, каких смог разыскать. Попросил, что бы они также подключили своих друзей. Практически все охотники, живущие на этом континенте, искали мою любимую. Они отлавливали всю нечисть живыми и выбивали их них информацию.
Никто, ничего не слышал.
Мой лучший друг, который работал в братстве, помогал искать информацию в компьютерной сети. У нас никогда не было недостатка в хакерах. Я боялся, что от меня могло что-то ускользнуть. Поэтому я бросил попытки найти ее в Италии, и стал помогать искать ее через видеозаписи с камер наблюдения всех возможных аэропортов. Но все бесполезно.
Мое сердце отказывалось принять тот факт, что возможно Ангела нет в живых. Я потерял аппетит и способность нормально спать.
Уже ничто не имело смысл.
Я потерял ее.
***
Прошло двадцать семь дней с момента ее исчезновения. Я словно слепой котенок искал ее, тыкаясь наугад, обшарив несколько стран, и застряв в Сиэтле. Самом наводненном вампирами по статистике городе. Хотя в сердце свернувшейся в кольца змеей, затаилась отвратительная мысль - бесполезно, поздно, смирись. Поочередно меняясь местами, они приводили меня в отчаяние еще большее, чем мне казалось, возможно.