– И что там произошло?
– Год назад там разразилась эпидемия холеры.
– Я ничего об этом не слышал, – сказал Барни.
– Никто ничего об этом не слышал. В страну приезжает много туристов, и власти предпочли хранить молчание. Официально там ничего не случилось.
– А на самом деле?
– Ничего особенного.
Александер сдержал усмешку. Барни бросил на него недовольный взгляд.
– Они изолировали больных, провели гигиенические мероприятия и пресекли эпидемию.
– Больных было много?
– Несколько десятков бедолаг, живущих в хижинах без водопровода, мучились поносом. Всех, кроме одного старика, удалось спасти. Старику, похоже, и так оставалось недолго.
– Да уж, в этом деле чем дальше, тем круче, – съязвил Александер, доставая платок из кармана.
– Это, конечно, не сногсшибательно, но интересно, – поправил его Поль.
– Чем же? – спросил Барни.
Присутствие Керри отбирало у Барни последние силы, и он постепенно принимал свой обычный усталый вид замкнутого человека.
– Прежде всего тем, что, по мнению профессора Шампеля, Острова Зеленого Мыса не лежат на привычном пути распространения эпидемий.
Предупреждая очередной выпад Александера, Поль поспешно продолжил:
– А главное, что эпидемия началась одновременно в трех разных точках архипелага, что противоречит элементарной теории вероятности.
– Вы в этом уверены?
– Шампель не допускает и тени сомнения. Он получил официальный отчет группы португальских исследователей, которая разбиралась с этим на месте. Они не довели работу до конца, потому что правительство не хотело шума и выслало их из страны. Они успели, однако, картографировать случаи заболевания, и их вывод бесспорен: речь идет о трех очагах эпидемии.
– К какому же выводу вы приходите? – спросила Тара.
– Надо туда съездить, – ответил Поль.
Он почувствовал, что Керри улыбается. Она увидела его карту и поняла, что удар не опасен.
– Проблем со средствами нет, – сказал Барни. – Подписанный Арчи контракт дает вам полную свободу передвижений.
– Готов быть добровольцем, – с усмешкой сказал Александер. – Обожаю острова.
Никто не подыграл ему, и Барни продолжил:
– Когда вы планируете ехать?
– Как можно скорее.
Поль бросил взгляд на Керри.
– По правде сказать, я уже забронировал место на сегодняшний вечерний рейс.
– Решено, поезжайте и постарайтесь поскорее вернуться, – сказал Барни и повернулся к Керри. – Я освобожу вам кабинет после обеда. Где вы решили остановиться? Если хотите, можете остаться здесь, у нас есть комнаты для агентов. В противном случае берите машину и снимите номер в одном из отелей на побережье.
– Нет, – отрезала Керри. – Мне прекрасно подойдет небольшая комната здесь. Пляжи не для меня.
Через плечо она едва заметно улыбнулась Полю.
«Поехали, – подумал тот. – Без гонок не обойдется».
Глава 5
С каждым новым допросом Жюльетта все лучше понимала своих тюремщиков. Как ни старались те казаться крутыми, девушка не считала их настоящими профессионалами. Американка была импульсивной и возбудимой, она неумело скрывала свои чувства и задавала слишком прямые вопросы. Мужчина, кто бы он там ни был по национальности, явно привык лишь к допросам с пристрастием. Он так и рвался пустить в ход кулаки, и ему стоило большого труда сдержаться. Все это будило в Жюльетте беспокойство, которое только подхлестывало ее нетерпение. Она все время была на грани смеха и слез. Делая свой хитрый ход в Шоме, Жюльетта понимала, что шансы на успех невелики. И вот она оказалась в чужих краях и впуталась в совершенно непонятное дело, оказавшись во власти людей, бывших все же опасней ее прежнего бездарного и неумелого дружка.
Ясное дело, эти двое в масках – лишь неотесанные исполнители. Они действуют по плану, который разработал кто-то Другой, тот, кто решил пока что не раскрываться. Вполне возможно, что его в этом доме и не было, Жюльетта ни разу не видела, чтобы ее тюремщики выходили из комнаты, чтобы посоветоваться с кем-то. В конце каждого допроса они принимали растерянный вид, словно исчерпали врученный им вопросник и не знали, что делать дальше. На следующий день список, по-видимому, пополнялся.
Так было и в этот раз, когда они снова вернулись к вопросам о Джонатане.
– Что он дословно говорил о своей жизни?
– Он рассказал, что жил в Штатах почти в одно и то же время со мной.
– Он объяснил, что там делал?
– Преподавал французский в колледже.
– В каком?
– Бринмор, недалеко от Вашингтона. Колледж для девушек. Сдается мне, он вволю этим попользовался…