Таня заметила, как дрожат его пальцы.
— Может, не стоит? — нерешительно спросила она и отдернула руку.
— Не внушаю доверия?
Таня кивнула, опустив взгляд.
— Да-а… — протянул Максим, подошел к зеркалу и вгляделся в свое бледное, без кровинки, лицо. — Ты права… Хреновато мне.
Он опустил плечи и вдруг пошатнулся.
— Сядем? — спросила Таня и потянула его к дивану.
— Давай, — согласился Максим. — Вчера такой день был… — начал он, но, плюхнувшись на диван, махнул рукой и не стал договаривать.
Вчерашний день у него действительно был бурным. Сложные переговоры с потенциальными заказчиками привели к обсуждению долговременного сотрудничества, сулящего большую прибыль. Затем был большой обед в ресторане, который плавно перешел в ужин и закончился алкогольной амнезией. Память вернулась около двух ночи, когда он кончал прямо в рот длинноволосой блондинке. Помнится, он тогда еще посмотрел на часы. А блондинка еще усмехнулась, вытирая губы салфеткой, и сказала: «Уложился, спринтер». Потом взяла деньги, оделась (именно в такой последовательности!) и вышла, не удостоив его даже взглядом.
Когда она ушла, Максим почувствовал себя очень одиноким и несчастным. Он встал с кровати и направился в душ. Окатив себя ледяной водой, испытал некоторое облегчение, но чувство щемящего одиночества не проходило. Максим зажег свет, выдвинул ящик тумбочки, стоящей рядом с кроватью, и вытащил телефонный справочник. На дне ящика он увидел плотный картонный прямоугольник. «Молодая и опытная девушка осуществит ваши желания», было отпечатано типографским способом. Внизу, уже от руки, был написан телефонный номер.
Максим сделал заказ, и через четверть часа «опытная девушка» была в номере. Она принесла с собой бутылку водки, но осуществить желания клиента не смогла. Как ни пыталась она своими тонкими пальчиками с приклеенными пластиковыми ногтями воскресить его обмякший член, тот упорно оказывал сопротивление. Максим равнодушно, как будто со стороны, наблюдал за стараниями юной труженицы и даже сочувственно погладил ее по темным, жестким от лака кудряшкам. Секс был ему не нужен. Он хотел настоящей близости, хотел просто обнять податливое женское тело и заснуть, чувствуя рядом с собой мягкое тепло… как это было когда-то, в далекой до нереальности прошлой жизни. Но худосочная Настенька (так назвалась девица) явно не годилась для этой цели, поэтому он предложил ей провести с ним оплаченное время, дегустируя «Абсолют». Гостья с радостью согласилась и, сев напротив него, все два часа, бурно жестикулируя, рассказывала о чем-то из своего выдуманного прошлого.
О случайной попутчице, представившейся Таней, Максим ни разу не вспомнил, но, когда она позвонила, почему-то обрадовался.
И вот теперь он сидит рядом с ней, дышит перегаром и с трудом ворочает сухим языком.
— Вы хотели пообедать? — спросила Таня, не догадываясь, как мучает мужчину похмелье.
— Кофе бы выпил. А ты, наверное, есть хочешь, — догадался он.
— Ага, — смутилась она.
— Так давай спустимся в буфет. Я кофе возьму, а тебе — что-нибудь поесть.
Таня хотела предупредить его, что в буфете — толпа, но Максим уже встал и подал ей руку.
— Пойдем.
Небольшой зал был слабо освещен и казался особенно многолюдным.
— Блин, откуда здесь такая толпа?.. — проворчал Максим.
— Вон там есть столик, — потянула его Таня в угол рядом с аквариумом. — Вы садитесь, а я к бару подойду. Так будет быстрее. Вам что взять?
— Двойной кофе и пятьдесят грамм коньяку.
Таня кивнула, подошла к бару и взяла со стойки тяжелую папку с надписью «Меню».
— Можно сделать заказ? — спросила она бледного темноглазого юношу в фосфоресцирующей от голубоватой подсветки рубашке.
— Ты не с ними? — спросил он равнодушно, кивая куда-то в зал.
— Не-а. Мне бы двойной кофе, пятьдесят коньяка и перекусить, — заторопилась Таня, опасаясь отказа.
— Кофе — экспрессо, коньяк — «Аист». Есть жюльен из курицы и салат из огурцов-помидоров. Будешь?
— Давай, — согласилась Таня, так и не раскрыв меню.
— Садись, я принесу.
— Я там — у аквариума.
— Моя девушка там тоже любит, — сказал парень, и в его темных глазах мелькнула искра. — Ты с клиентом?
— С отцом, — зачем-то соврала Таня.
— Родители в разводе, что ль? — спросил он, склонив голову, наливая коньяк в пузатый фужер.
— Ага, — ответила Таня и удивилась, как легко дается ей ложь.
— Значит, переговоры ведешь? Алименты небось закончились, деньги просишь, — сказал он, ставя чашку с кофе на блюдце.