- Конечно! - воскликнула Алина. - Это фотоаппарат моей сестры. Когда-то он был моим, а потом я отдала его младшей сестре Жене. Откуда он у вас?
- А вы разве не знали о том, что фотоаппарат временно находится у меня? - Полевой с холодным любопытством рассматривал Алину.
Обычно бледные щёки девушки порозовели, и без того огромные глаза расширились от удивления.
Итак, Пепеляева выбрала тактику отрицания. Аркадий вдруг с удивлением понял, что расстроился. Расстроился так, что даже в груди засаднило. Сколько ему ещё разочаровываться? Конца-края не видать этому перманентному, затяжному процессу разочарования в окружающих.
Он-то надеялся, что Алина скажет: "Бес попутал", повинится и начнёт раскаиваться. Ан нет.
- Нет, конечно, Аркадий Викторович!Не знала. А почему фотоаппарат у вас?
- Я не верю, будто ваша сестра не рассказала вам о провале её миссии и о том, что я изъял фотоаппарат. Вот, возвращаю. Можете забрать. К счастью, Евгения не успела или не смогла сделать ни одного снимка.
- Я ничего не понимаю, Аркадий Викторович, - покачала головой Алина.
- Зато я всё понимаю, Алина, потому достаточно спектакля. Я всегда за то, чтобы увидеть какую-нибудь модную постановку, но при одном условии: она должна быть качественной, а не такой бездарной.
Алина развела руками и снова покачала головой.
- Хорошо. Значит, скажу я сам: вам, Алина, захотелось лёгкой славы и быстрых денег, потому вы решили продать фотографии со свадьбы вашей подруги и Чёрного писателя. Однако вам необходимо было обставить всё так, чтобы подозрение на вас не упало, потому вы поручили сделать фотографии вашей сестре. Вы сделали для Евгении пропуск, и она беспрепятственно проникла на территорию ресторана, пока вы веселились на свадьбе. Возможно, будь у вашей сестры побольше времени, она смогла бы сделать несколько снимков. К счастью, я вовремя вмешался, и ваш план сорвался.
- Женя была в ресторане и пыталась сделать фотографии? Почему я не увидела её?
- Потому что она была только около ресторана, внутрь не заходила. Я застал её рядом с одним из окон и прервал её изыскания. А фотоаппарат я забрал, чтобы проверить, нет ли там фотографий со свадьбы.
- Сестра ничего не рассказывала мне о произошедшем, - задумчиво сказала Алина. - А зачем ей понадобилось всё это?
- Я всё сказал, Алина. В нюансах вы можете разбираться вместе с Евгенией сколько угодно, только меня увольте от участия в этом.
- Аркадий Викторович, но я действительно...
- Алина, - спокойно, но очень твёрдо перебил Полевой. - Вы ведь умная девушка, и вам наверняка известно слово "репутация". Да, я прекрасно отдаю себе отчёт в том, в какой сфере я работаю, и я знаю, на что люди идут ради приобретения нужной информации. Но с тем, чтобы внутри коллектива происходило нечто подобное, я категорически не согласен.
- Вы что, увольняете меня, Аркадий Викторович? - Алина, не отрываясь, смотрела на Полевого.
Ему не понравилось то, как она смотрит, а ещё больше не понравилось то, что под этим взглядом сам он, Аркадий, начинает сомневаться в собственной правоте, потому он разозлился ещё сильнее.
- Повторяю, вы умная девушка, Алина, и наверняка сами примете нужное решение.
- Хорошо, - Алина отвернулась к окну, совсем как её сестра, независимо и с гордостью. - Где я могу взять бланк заявления?
- Все бланки есть в системе, в специальной папке.
- Спасибо, поняла. Я бы хотела уволиться без отработки.
- И рад бы отпустить, - покачал головой Аркадий. - Но мне необходимо время, чтобы найти работника на ваше место. Потому без отработки не получится.
- Я не буду отрабатывать, Аркадий Викторович. Уверена, что существует возможность законно избежать отработки. А если нет, я просто уйду и трудовую книжку забирать не буду. Три месяца трудового стажа погоду мне не сделают, да и в будущем козырять работой в данной организации мне ни к чему, ведь я уволена отсюда с позором. Потому можете увольнять по статье, за прогулы.
Аркадий, всегда гордившийся своей способностью сохранять самообладание, невозмутимость и умение мыслить критически в любой ситуации, опешил настолько, что долго не мог собраться с ответом. От наглости этой юной интриганки у него захватило дух. А казалась такой покорной, тихой и исполнительной!
- Напрасно ты считаешь, что три месяца трудового стажа ничего не решают, - чуть хрипло заговорил он и откашлялся. Он даже сам не понял, что обратился к Алине на "ты". - Иногда решает один день.
- Мне всё равно, - упрямо ответила Алина. - Зачем вам работник, которому вы не доверяете? А мне зачем это унижение продолжительностью в две недели?
- Значит, отработка, предусмотренная законодательством, - это унизительно? - начал выходить из себя Полевой, понимая, что он почти полностью попрал и субординацию, и профессионализм. - А по-тихому сливать информацию о человеке, который считает тебя своим другом и доверяет тебе, - это нормально?!