— Ты меня, пожалуйста, извини, — сказал Игорь партнерше. — Но мне просто очень необходимо отлучиться, — и, отстранив обескураженную девушку, он бросился вслед за Казаковой.
В коридоре Любы уже не было. Выскочив на улицу, он увидел пустынную аллею, ведущую к выходу с территории института. Вконец разочарованный Игорь с опущенной головой поднимался по лестнице, когда его окликнул знакомый голос:
— Гарик, ты почему такой невеселый?
Он поднял голову и увидел прямо перед собой Любу.
— Любушка! — только и смог произнести он. Но потом все же добавил: — Если б ты только знала, как я рад тебя видеть!
И сразу губы девушки расплылись в улыбке, теплой и трогательной.
— Белый танец уже, наверное, закончился, — напомнила она парню о его диск-жокейских обязанностях на сегодняшний вечер.
— Плевать! — повторил он когда-то сказанное Казаковой слово. — Я больше не собираюсь упускать свое счастье. — И столько в его словах было искренности и откровенности, что ему нельзя было не поверить. Он прижал девушку к себе, и она почувствовала его дыхание на своих губах.
— Не сейчас, — из последних сил попыталась она воспротивиться, оставаясь, однако, в его объятиях.
— Именно сейчас. Сию же минуту, даже секунду, — прошептали его жадные губы, прежде чем закрыли рот любимой поцелуем.
— Милый мой! Как я измучилась без тебя, — страстно шептала Люба, всем телом прижимаясь к нему. У нее опять кружилась голова, ей хотелось раствориться в нем полностью.
— Так вот, значит, куда необходимо тебе было отлучиться! — услышали они грозный голос партнерши Игоря. — А я-то вторую подряд дискотеку вокруг него увиваюсь.
— Я не давал тебе и малейшего повода, — оправдывался Игорь, не желающий скандала. Любу он продолжал удерживать в своих объятиях.
— Не давал повода! — с какой-то горечью отозвалась собеседница. Затем посмотрела на Казакову: — И ты тоже хороша! Овечкой прикинулась, а сама готова всех мужиков собрать вокруг себя: от студента до профессора и его личного водителя. Ненавижу тебя! Ненавижу!
Люба отстранила от себя Игоря и спокойно, но жестко сказала:
— Я не трогаю тебя только потому, что ты сейчас сама не соображаешь, что несешь. Твоими поступками управляет ревность, а она еще никому не была добрым советчиком. Ею движет не разум, а чувства. — Казакова всегда могла постоять за себя, если это было необходимо. Но в этом забеге она уже пришла первой и ощущала себя полноправной победительницей. А подругу, которая безнадежно отстала, ей было немного жаль.
Девушка еще раз окинула обоих обиженным взглядом и обратилась к парню:
— Люба красивая и умная, но ненадежная. Она никогда никого не любила. И с тобой она поиграет, а затем выкинет, как ненужную, старую игрушку. — Она отвернулась и с гордо поднятой головой удалилась. Но постепенно стихающий стук каблуков еще долго стоял в ушах задумчивой пары.
— Ну вот, все настроение испортила, — первой заговорила Люба.
— Ее можно понять, — с какой-то грустью ответил парень.
— Надеюсь, ты не поверил тому, что она здесь про меня наплела?
— Я сразу заметил, что Абрам Семенович влюблен в тебя, но я также знаю, что ты к нему относишься, как к старому другу. А насчет того, что за тобой толпами увиваются поклонники среди ровесников, — не твоя вина, тут природа-матушка постаралась.
— Спасибо! — Девушка доверчиво прижалась к Игорю, положив ему на плечо голову.
— За что? — удивился Игорь.
— За то, что ты все понимаешь. И еще я хочу, чтобы ты знал: до тебя я никого по-настоящему не любила, ты у меня первый.
В этот вечер они уже не вернулись на дискотеку. Игорь проводил Любу домой, и они долго стояли в ее подъезде, между этажами. Целовались и молчали, молчали и целовались. Слова для любящих сердец не имеют большого значения. Расстались влюбленные только под утро, и Люба так и не смогла заснуть, но на сей раз ее переполняли совсем другие чувства…
Влюбленные встречались почти каждый вечер и допоздна простаивали в подъезде Казаковой. Они долго прощались и с трудом расставались. Легко и радостно спешили на очередное свидание и бросались в объятия друг к другу так, будто не виделись многие годы.