— И мне.
Я продолжала смотреть на него, пока он водил кончиками пальцев по моим плечам, ключицам и груди.
Выдержав паузу, Дима вновь принялся целовать меня в губы. И я поняла, что период его спокойствия подошел к концу. И он вновь хочет меня.
В этот раз все было немного спокойней и из-за этого нежней. Мы долго, очень долго занимались прелюдией, доводя друг друга до той самой точки невозврата, когда уже нет сил казаться приличным, когда хочется поддаться эмоциям и отдать друг другу все, что у нас есть.
— Я не могу так, — услышала Димин стон, когда мы вновь пытались привести дыхание в норму.
— Как так? — перепугалась я. — Что-то не так?
— Да! — рассмеялся он, опускаясь головой на подушку. — Чем больше я с тобой сплю, тем сильней только завожусь.
Естественно, мне было очень приятно это слышать. Ну и, понятное дело, я была смущена, но… но все-таки удовольствия от этой его фразы я получила бесконечное.
Решив как-то сменить тему, чтобы не продолжать краснеть, я совершила глупость:
— А у меня так все грязно… там… липко и мокро…
— Ха-ха-ха! — загоготал Романов.
Из-за этого я почувствовала себя идиоткой, решив, что мое откровение было несколько лишним.
— Где «там»? — между тем поинтересовался он, придавив меня к постели. — Тут?
— Ай! — дернувшись от его неожиданного прикосновения, я отвернулась в сторону, попытавшись под одеялом отвести от себя его руку. — Щекотно!
— Неужели?
— Перестань! — я, действительно, не могла сдержать смех. — Ха-ха-ха! Хватит! Ау!
Меня пронзало насквозь от каждого его прикосновения.
— Блин! — осознав, что он не прекратит это делать, поскольку я слишком эмоционально реагирую, я поступила иначе.
Прижав его ладонь к своему телу там, где все сейчас было невероятно чувствительно, я умудрилась зажать его руку между своих ног.
— Ну ничего себе! — Франку явно понравился такой поворот. — Ты меня захватила в плен, — и все было бы замечательно, романтично и страстно, если бы он не продолжил: — Своей вагиной?
— Ха-ха-ха! — закрыв рот свободной рукой, я повернулась набок, не в силах сдерживать смех. Романов смеялся вместе со мной, приподнявшись на локте и смотря в мою сторону.
— Боже… — натянув на грудь сползшее одеяло, я шумно выдохнула и прижала обе ладони к щекам. — Ты меня убьешь когда-нибудь своими гениальными шутками.
— Ха-ха-ха! Кто сказал, что я шутил?
Повернувшись к нему, я лишь улыбнулась.
— У меня, между прочим, здесь всего один презерватив, остальные в машине остались, — внезапно поделился со мной Романов.
— Оу! — усмехнулась я. — Как тебе не повезло…
— Ха-ха-ха! — рассмеялся он, сев посреди кровати. — Сейчас я им воспользуюсь, а потом спущусь вниз.
— Э-э-эй! — резко поднявшись, я схватила его за руки и притянула к себе. — Мечтать не вредно!
— А что это? — гладя меня по волосам, прищурился Дима.
Ухватив его за шею, я впилась в него губами, желая прекратить все неважные разговоры.
Для меня все это было впервой. Заниматься этим столь долго. И у этого были свои последствия.
— Ай, — когда мы вновь взяли паузу, я невольно поморщилась.
— Что такое? — заметил это Дима, стаскивая с себя использованный презерватив.
— Ничего, — помотала я головой.
— А если по-честному? — сел он возле меня.
— Просто-о-о… — мне было неловко говорить ему о том, что…
— Больно? — спросил Дима.
— Ну-у-у… неприятно, — не знаю почему, но…
— Потому что надо практиковаться, — усмехнулся он, видимо, решив пошутить, однако догадавшись, что я чувствую себя не очень комфортно, добавил: — Это нормально.
Но почему-то у меня резко испортилось настроение.
— Ты чего? — забравшись ко мне под одеяло, спросил Романов. — Ты чего расстроилась?
— Ну… ты же… собирался…
Не дослушав, он помотал головой:
— Ты с ума сошла? Ха-ха-ха! Серьезно?
Мне казалось, что он просто сглаживает ситуацию.
— Перестань! — видимо прочитав это в моих глазах, Франк нахмурился. — Я, по-твоему, кто? Секс — это обоюдное удовольствие. Думаешь, я не в состоянии смириться с тем, что мне больше не получить тебя сегодня? — улыбнувшись, он схватил меня за нос.
— А что? Ты сможешь с этим смириться? — прижавшись к нему, поинтересовалась я.
— Это будет мучительно больно, но я подожду… — наигранно горестно вздохнул мой молодой человек. — А то если за один раз сотру тебя в порошок, то… что я буду делать потом?
Мы вместе с ним рассмеялись.
Обняв, Романов прижал меня к себе так крепко, что я не в силах была даже пошевелить руками.