— За что?
— За то, что… возможно, наговорила лишнего ночью.
— Почему ты так решила?
— Это все мои проблемы, никто не обязан… выслушивать их.
Прищурившись, Паша протянул мне уже чистую посуду, чтобы я убрала ее на сушилку.
— Правильно. Не обязан. Но это не значит, что не хочет. Верно?
— Ну-у-у, ‒ растерялась я.
— Тебе стало легче? Наш разговор тебе помог?
— Да. Очень, ‒ ответила ему.
— Ну тогда к чему эти извинения? ‒ улыбнулся он мне.
— Я чувствую себя немного некомфортно… потому что, ‒ замялась. ‒ Наговорила много личного, а-а-а… это может со стороны показаться глупым и быть неинтересным для вас. Лишним…
— Мы разве тебе не сказали о себе личное? ‒ перебил меня Павел.
— Сказали, ‒ сглотнула я.
— Тебе это было неинтересно?
Поджав губы, поняла, что у меня закончились аргументы.
— Еще что-то? ‒ продолжил он свое дело.
— Нет.
Молча смотря, как он моет посуду, не выдержала:
— Все же нормально?
— Ха-ха-ха, ‒ покачав головой, тихо рассмеялся Паша.
— Ну-у-у… я тебя сейчас не обидела? ‒ это был такой странный диалог.
— Меня? Ты? ‒ посмотрел в мою сторону Димин друг. ‒ Ха-ха-ха! Нет.
— Ладно… ‒ поняла, что пора уходить.
— Все хорошо, ‒ произнес он, когда я уже дошла до двери.
Тут же обернувшись, я улыбнулась.
— Ну да, ‒ пожала плечами.
— Повторяй себе это почаще, ‒ закончив, Паша вытер руки полотенцем. ‒ Пошли, ‒ направившись в сторону гостиной, он дождался, пока я пройду первая.
— У тебя это как-то убедительней получается.
— Понятно, ‒ кивнул он. ‒ То есть мне теперь придется постоянно напоминать тебе об этом?
— А так можно?
Замерев напротив меня, он вновь усмехнулся. А после, приобняв меня за плечи, повел к столу, где уже все ждали чай.
— Можно.
Закусив губу, я дико покраснела, но все же осталась довольна. Это было так необычно. Но мне так нравилось говорить с ним. Так нравилось его поведение. Мне казалось, что будто бы… он старше меня не на три года. А на тридцать три. Не знаю… плохо это было или хорошо, но… он вызывал такое доверие, что-о-о к нему хотелось обратиться по любому вопросу. Для меня это было что-то невероятное. Учитывая, что я никогда не дружила с мальчиками. И не могла представить себе, как можно рассказывать им свои секреты.
Но после сегодняшней ночи, я поняла, что… пожалуй, Паша ‒ это тот человек, который сможет, если что, помочь справиться со страхами относительно моих отношений с Димой. И я надеялась, что он действительно тот, кто хочет, чтобы у нас с Романовым все получилось. Конечно, чувствовалось, что его жена, да и все остальные ребята были настроены положительно. Но-о-о… все-таки Паша был тем, кто, мне казалось, мог помочь чуточку больше.
После того как мы вышли из-за стола, Антон сказал то, что сильно испортило мне настроение, и я почувствовала, как затрещал по швам мой мир полный счастья:
‒ Так… пора разъезжаться, что ли? Поеду я короче… с вами хорошо, но дел до хрена…
— Каких это? ‒ усмехнулся Романов. ‒ Кого-то шпилить собрался?
Не оценив шутку друга, Антон довольно быстро собрался и, попрощавшись со всеми, уехал.
Ну вот. Вот и все. Я готова была удавиться.
— Ты чего? ‒ заметив, что со мной что-то происходит, обнял меня Дима.
— Ничего… ‒ покачала головой.
— Тебе когда надо вернуться?
Мне захотелось повеситься после этого вопроса.
— Не знаю…
— У меня так-то дел нет, но… вдруг твой отец ждет не дождется…
К слову, за выходные папа звонил мне несколько раз. И каждый раз, интересуясь, все ли со мной хорошо, переспрашивал, когда ждать моего возвращения.
— Естественно, ‒ поморщилась, не желая уезжать из полюбившегося мне дома.
— Ну чего ты? ‒ провел по моим волосам ладонью Дима. ‒ Все же нормально.
— Это для тебя нормально, а для меня…
— А для тебя? ‒ переспросил он. ‒ Одни из выходных…
— Ага. Конечно, ‒ я решила подняться наверх и собрать сумку.
В конце концов, решив не томить моих родителей, Дима сказал, что мы поедем до обеда. То есть…вот. Вот прямо сейчас. Отлично.
Я не могла смириться с тем, что хоть и частично, но мой сон становится явью.
Мы вместе с оставшимися ребятами, а ведь до этого еще успели уехать Оля с Ромой, прощались в коридоре.
— Как там? ‒ щелкнул пальцами Романов. ‒ Нат, ‒ обратился он ко мне, зачем-то вручая сумку. ‒ Может, я останусь? Ты поедешь с Ваней. Он тебя подвезет, а вечером позвоню. Как тебе?
— Чего? ‒ моментально обалдел Иван.
— Идиот! ‒ испытав головокружение от пронзающего насквозь страха, прошептала я.