— Зачем? — по Диминому тону сразу же поняла, что он мыслит ясно.
— Я ее попросила, — тихо произнесла.
— Для чего?
— М-м-м… чтобы понять, — эта была правда. — В том числе и тебя.
— Ясно, — хоть мы и были с ним в темноте, но я поняла, что он отвел взгляд.
Между нами повисла пауза. За ее время я поняла, что совершила ошибку. Наверное, не стоило делиться с ним этим.
— Не вижу смысла копаться в прошлом, — изрек Франк. — Что было, то было.
— Да, но…
— Все остальное неважно, — чувствовалось, что он обрезает мои фразы.
— Можно я скажу? — попросила его.
Он не согласился. Промолчал в ответ.
— Когда отказываются от человека, — все-таки решилась я, — можно сделать вывод, что он не так-то и нужен, но… в той ситуации, что произошла. Я уверена, у тебя были чувства. И то, что ты…
— Слушай, — отодвинулся от меня Романов. — Я не намерен обсуждать этот бред.
— Ладно! — каким-то образом умудрилась лечь на него, прижавшись лицом к груди Франка.
Чувствовалось напряжение.
— Я бы не хотела, быть на ее месте, — произнесла вслух, понимая, что могу сделать только хуже. — Потому что не хотела бы, чтобы ты кому-нибудь меня уступил.
Он очень громко хмыкнул.
— Глупость. Глупо даже пытаться сравнивать происходящее тогда и то, что происходит сейчас, — Дима провел ладонью по моим волосам. — Там просто изначально была не моя история. Произошла ошибка.
Я прислушивалась к биению его сердца.
Крепко обняв обеими руками, Романов поцеловал меня в макушку:
— А ты — это моя история. Тебя я точно никому отдавать не намерен.
Больше не хотелось разговаривать. Потому что последние минуты сильно вымотали. Однако я рискнула завести эту тему именно для того, чтобы услышать от него последнюю сказанную фразу. Возможно, это казалось странной, слабой позицией, но все-таки… мне было важно знать, что, несмотря ни на что: на яркость прошлых чувств, на их длительность, спектр эмоций, которые они ему подарили… я затмила собой все, что было у него в жизни. Все, что было до того, как мы с ним стали друг для друга небезразличны.
27. Он
— Ха-ха-ха! — я громко рассмеялся, отвечая на телефонный звонок, лежа в кровати.
К этому моменту Ната уже встала и поспешила в душ, чтобы привести себя в порядок, я же, считая, что и так являюсь красавчиком, поскольку пережил вчерашний день, предпочел дождаться ее под одеялом. Мне было хорошо. Так круто. Потому что блевать не хотелось.
— Ну-ну, — протянул я, — помечтай.
— А что? Думаешь, слабо? Думаешь, я ее не заинтересую?
— Думаешь, ее может заинтересовать южный бородатый горец? Ха-ха-ха!
— Сука ты!
— Думаю, у тебя нет шансов против меня. Ха-ха-ха! — меня реально веселил этот разговор.
Тут стоило пояснить: когда наступило утро, верней, день, и мы с Натой проснулись, она умудрилась сбежать от меня только лишь потому, что настойчиво трезвонящий мобильник вынудил меня ослабить хватку и тем самым дать ей шанс выбраться из кровати. Звонил мой давний хороший знакомый с тусовки. С Биржи. Поздравив с праздником, получив от меня порцию такой же бесполезной словесной бредятины, он перешел к расспросу, как я, собственно, встретил Новый год. Мха. Ну нормально. Как мне кажется, мой рассказ был весьма гармоничен и красив. Особенно было нежно и чувственно под конец.
— Я так и знал, что ты нажрешься! Мог бы это сделать с нами.
— Не еби мне мозги, окей? — попросил его.
— И как твоя баба пережила этот кризис?
— Не баба, а девушка…
— О-о-о!!!
— Что? Ха-ха-ха!
— Димон! Ха-ха-ха!
Мы ненадолго прервались, чтобы потушить смех.
— Браво! Просто, браво! Ну ладно-ладно… как твоя «девушка» отнеслась к тому, что ты блевал на нее? Ха-ха-ха!
На самом деле, я не знал ответа на данный вопрос, о чем и поспешил оповестить знакомого.
— Ха-ха-ха! Короче… она теперь уйдет от тебя, и я ее трахну.
Собственно, это и было причиной моего адского смеха, с которого я начал.
— Ну-ну, помечтай…
На самом деле, хоть я и вдоволь проржался, но через пять минут мне уже порядком поднадоело выслушивать бред со стороны собеседника касательно моей девушки.
— Ты можешь заткнуть свой рот своим же членом, а? — попытался я помочь знакомому справиться с его словарным поносом.
— Ха-ха-ха! Да ладно-ладно… помечтать уже нельзя, что ли?
— Мечтай о ком-нибудь другом, ладно?
— Франк, — раскашлялся он мне в трубку. — Ну не обижайся.
— Ха-ха-ха! Сука, — меня выбесил его тон.
— Не дуйся…
— Пошел на хуй! — закрыл я лицо ладонью, обдумывая, сколько его еще терпеть.