— О-о-о, — впрочем, на физиономии самой Натальи заметно отразилась бессонная ночь. — Мне глаза не раскрыть! Еле доехала!
— Тоже всю ночь учила, что ли? — фыркнула стоящая рядом с нами жена Павла.
— М? — покосилась на нее теска. — Ну да. Естественно!
— Сама виновата! — указал я на нее, после того как она перевела на меня грозный взгляд.
— А, ну конечно, это же я придумывала новые способы спаривания различных животных… — лучше бы она это не озвучивала.
— Вы опять болтали вместо того, чтобы отдыхать?
— Не нуди! — отмахнулась Абакус от Павла. — Не будь гумозиной!
— Ха-ха-ха! — немое возмущение Павла на это странное оскорбление развеселило и приободрило всех, даже его суровую женщину.
— Так! Начинаем! — в этот момент мы услышали роковую фразу от нашей преподши, на всех парах подлетевшей к назначенной заранее аудитории. — Все вещи оставляем. Берем ручку и подходим ко мне.
— Бля-я-я… я сейчас обосрусь! — как бы это дико не было, но даже не я это озвучил.
— Не только ты, — по Ване, который был, судя по всему, солидарен с желанием Абакус, было заметно, насколько сильно его трясет.
— Давайте без этого!
— Вот как у вас это получается? — поинтересовался Иван у Натальи, а потом и у Павла. — Почему вы всегда спокойные?
— Эти нервы ничего не изменят, — шепнул ему Паша. — Слушай, — это было уже мне, — если что вдруг, следи за Натой. Она должна сдать без проблем. Хорошо?
— А это как-то от меня зависит? — удивился.
— На всякий случай, — пояснил друг. — Мы решили, что она попытается сдать, а уже если не выйдет, будем думать, что делать…
— Да понятно. Лучше всего сейчас проскочить.
— Если получится, — кивнул друг.
В конце концов, вытащив билеты, мы расселись по одному за парту. Рядом как раз таки и оказалась жена Паши, которую посадили передо мной, и которая из-за близости с преподшей не могла никак себе помочь, а также позади — Ваня, который лег на меня мертвым грузом. Эта сука зассала вытаскивать из себя билеты и жалобно заблеяла мне, не мог бы я ему помочь.
В конце концов, пришлось рисковать собой трижды. Но Наталья хотя бы делала для меня что-то полезное, едва ли не стоя прикрывая мою персону, пока я копался у себя за пазухой. А вот Иван только и мог, что стонать о том, что еще секунда, и нас точно запалят.
В общем, в итоге я все-таки умудрился вытащить свой и их билеты.
Уткнувшись в выпавший мне материал, я обреченно вздохнул. Если первый вопрос я хоть как-то уяснил, то второй был предпоследним из списка. До него мы с Абакус как-то… и не дошли в итоге.
— Твою мать! Сука! — выругался себе под нос.
Я знал, что у Натальи, сидящей передо мной легкий билет из двух простых вопросов. У нее был шанс сдать экзамен. Ивану досталось среднее говно, в котором тоже были свои заморочки. Судя по непрекращающемуся мату, который он шептал, сидя позади меня, Ваня был довольно сильно обескуражен.
Переглянувшись с Пашей, я узнал, что у него. Ему тоже, как и жене, повезло.
— Ну как всегда! — это развеселило и меня, и Абакус, которая присоединилась к нашей молчаливой беседе.
Мы как раз вечером обсуждали с ней, что особенно Павлу часто фартит на экзаменах. Мы можем учить-учить-учить, а в итоге разгребаем говно. Он же, приходя гораздо хуже подготовленным, вытаскивает себе самое простое.
У самой Наты Абакус, также были вопросы далеко не фонтан. Ей оставалось только посочувствовать и пожелать удачи, надеясь, что ее наставник смог разъяснить то самое дерьмо, что сейчас лежало перед ней на столе.
Через сорок минут началась сдача. Твою мать. Первые три из нашей группы ушли ни с чем. Затем к нашей преподше присоединилась еще одна, которая вела у нас практику.
— Я! Я! — резко встав со своего места, отправилась к ней очередная одногруппница.
Да! Это была бойня. Потому что все знали, что наша практика добрая и может простить многое. Попадая на сдачу к ней, ты с большей вероятностью мог сдать предмет.
Так оно и оказалось. Девочка сдала, буквально за минут пять.
Наблюдая за образовавшейся по ходу действия очереди, я понимал, что-о-о… если не к практиканше, то-о-о…
— Так мне надо уйти, я последнего возьму… кто им будет? — Все, это был провал! Эти слова доброй тетки морально уничтожили многих.
— Иди! Давай, иди! — мне пришлось приводить в сознание зависшую от страха жену Павла, сидевшую передо мной.
— Не моя же очередь…
— Плевать! Иди к ней! Иди давай! — в очередной раз толкнул я ее в спину.