— Что ты… — закатила я глаза. И обессилено засмеялась. — Ха-ха-ха! Дима…
— Ведь он явно спит с тобой каждую ночь… учитывая, где я на него наткнулся…
— Где? — лучше бы я не спрашивала.
— Да он впился мне в задницу, — повел бровями Франк. — Я причем не сразу сообразил, что за…
— Ха-ха-ха! Фу!!! — возмутилась я. — Теперь он грязный!!!
— Ни фига себе! — рассмеялся Дима. — Ты еще после этого о нем беспокоишься, а о том, что меня едва ли не изнасиловали в одно место…
— Ха-ха-ха! Дай! — в который раз повторила я.
Вытащив из-под одеяла моего зайца, Романов передал мне его.
Заполучив себе свою драгоценную игрушку, я прижала ее к груди, принявшись нежно гладить.
Франк, судя по всему, с огромным интересом наблюдал за мной.
— Что? — нахмурилась я.
А он улыбнулся.
— Я просто кайфую от тебя, — протянул Дима.
— Пф, — фыркнула, не поверив ему.
— Так ты меня познакомишь с ним? — опустился он головой рядом со мной.
— Не заслужил, — усмехнулась я.
— Вот видишь, — указал Дима на зайца, который до сих пор был прижат к моей груди. — Почему ему достается лучшее?
— Ха-ха-ха! — не выдержав, я ударила его по голове своей игрушкой. — Ты такой дурак! Ай!
Выхватив у меня зайца, Франк поднял вверх руку, чтобы нам обоим было удобно на него смотреть.
Пристроившись на Диминой груди, прикрыла глаза.
— Как его зовут?
— М-м-м… — я заулыбалась. — Это тайна.
— От меня тайн не может быть.
— Да? — приоткрыла я глаза. — Ну конечно.
— А что? — повернулся ко мне Романов, поцеловав в лоб. — Я же должен знать все о сопернике.
— Ха-ха-ха! Он тебе не соперник, как и ты ему, — рассмеялась я. — У него привилегированный статус, до которого… не уверена, что ты дорастешь.
— В смысле? Это какой? — прищурился Франк.
— Он… — приподнявшись на локте, произнесла я, — в отличие от тебя спит со мной, как ты предполагал ранее, каждую ночь…
— Еще и, наверное, видит тебя обнаженный постоянно, — усмехнулся Дима.
Щелкнув его по носу, я согласно кивнула.
— И теперь ты будешь утверждать, что мне не стоило возмущаться? — приподнял брови Романов.
— Ха-ха-ха! — я уткнулась ему в плечо.
— Так как зовут-то его? — потряс он игрушкой.
Пожав плечами, я ответила:
— Да никак. Заяц. Ха-ха-ха!
— О-о-о… какое оригинальное имя… — протянул Дима.
— Прекрати! — меня смешила его реакция.
Только с ним. Только с этим человеком я могла успеть порыдать, а затем посмеяться за пять минут времени проведенного вместе. Он был умельцем выводить на эмоции. Возможно, именно из-за этого моя жизнь после появления в ней Франка казалась неописуемо яркой. Любая наша с ним встреча, любой разговор… все это надолго оставалось в памяти, потому что я сгорала. Сгорала в огне чувств.
— Мистер заяц, — произнес тем временем Романов. — Мистер Зет, — зловеще добавил он.
— Зет? — переспросила я.
— З-з-з! Зет, — описал Дима в воздухе очертания. — Знаешь такую букву? Или тоже си-си?
— Ха-ха-ха! — теперь мы смеялись вместе.
— Дурак!!! — ударила я его ладонью. — Ну хватит уже! Это не смешно!
— Да-а-а-а? Ха-ха-ха! — видимо, он не поверил мне.
— Все! — мне надоело быть причиной его бесконечных шуточек. — Лежи тут со своим мистером Зет, а я пошла мыться.
— Куда-а-а? — Романов явно остался недоволен. — А как же… как же я? И мои эмоции?
— Какие эмоции? — ужаснулась я.
— Вообще-то у меня есть еще третий… — сначала я не поняла, о чем он, а потом догадалась: речь шла о презервативе. — Тем более я соскучился.
Моментально заалев, я подскочила с кровати, прикрывшись от него своей одеждой.
— Не понимаю, о чем ты…
— Иди сюда! — сел он на постели.
— Даже не мечтай! — прищурившись, попятилась в сторону ванной комнаты.
— Куда же ты? — мерзко улыбался он. — Я же тебя верну сейчас сюда…
— Ха-ха-ха! — добравшись до двери, показала ему язык. — У тебя там отличная компания с игрушкой, вот и…
Не успев договорить, я вскрикнула и вбежала в ванную, поскольку Романов резко бросился в мою сторону.
— Дима! Ха-ха-ха! — еле-еле успев отступить подальше, я наблюдала за тем, как он пытается удержать равновесие, стоя на плитке. — Дай сначала я помоюсь… — мне было некомфортно на него смотреть, поскольку он был полностью голый. — А потом…
— Ого? Нормально… — Романов тем временем изучал мою ванную.
Сил уже смеяться не оставалось.