Жених уложит Настю в кроватку? А не уложила ли Маша в кроватку Кира? Господи, что делать-то?
– Настя?
Она даже не заметила, что их пара уже застыла на несколько минут без движения.
– Паша… я, наверное, пойду спать, – неуверенно проговорила Настя, оглядываясь. Она всё ещё надеялась увидеть либо Машу, либо Кира.
– Плохо себя чувствуешь? – озабоченно спросил Паша, приложив ладонь к её лбу. – Сильно же он тебя ударил…
– Нет-нет, я чувствую себя хорошо, – успокоила его Настя. – Просто я жаворонок: рано ложусь, рано встаю… Привычка. – Она пожала плечами, а Паша усмехнулся:
– Значит, мы с тобой споемся. Я тоже рано встаю, а иногда и вовсе не ложусь. Пойдем, я провожу тебя в комнату.
Они вошли в дом, держась за руки, поднялись на второй этаж.
Три двери справа, две слева. Самая дальняя – комната Насти…
– Моя спальня тоже на этом этаже, – прошептал Паша, когда они остановились, и его руки мягко обхватили Настину талию. – Напротив твоей. Я должен разместить гостей, а потом…
Они были очень близко, смотрели друг другу в глаза. Настя понимала, что рано или поздно это все равно случится, а потому не стала отстраняться, когда Павел наклонился к её лицу и мягко прикоснулся своими губами к её.
Она хотела понять, как долго сможет терпеть этот ужасный напор воспоминаний о Кире… Хотела заткнуть его более свежими ощущениями.
И не получилось.
– Спокойной ночи, Паша, – произнесла Настя, отстранившись от мужчины и не давая легкому поцелую перерасти в нечто большее.
– Сладких снов, – вздохнул явно разочарованный Павел и отошел на шаг, приоткрывая дверь в Настину спальню.
Настя очень долго ворочалась в кровати, сон никак не шел. Во время поцелуя её подсознание упорно заставляло видеть перед собой не Пашу, а Кирилла… И это неправильно, совершенно неправильно. Эдак она скоро жениха начнет называть именем его брата. С этим наваждением надо срочно что-то делать, иначе Настя просто сойдет с ума.
Проснулась Настя, как ни странно, отдохнувшей. Непонятные тревоги ушли, волнение отступило. Вот правду говорят: утро вечера мудренее.
Приняв душ и одевшись, Настя спустилась вниз. В холле уже был Павел – расположился на диванчике и что-то быстро печатал на ноутбуке. Увидев Настю, подскочил и обрадованно улыбнулся.
– Доброе утро! А мы с тобой и правда самые ранние жаворонки, все остальные ещё спят – правда, народу немного осталось, многие уехали.
Настя чуть не ляпнула: «Кирилл тоже?» – но вовремя себя сдержала и сказала другое:
– Значит, вечеринка удалась. Один мой одногруппник любит повторять: «Отдыхаю я хорошо, только устаю от этого очень сильно» – и отсыпается после каждой тусовки до вечера следующего дня.
– В какой-то степени твой одногруппник прав, – кивнул Паша. – Будучи совсем молодыми, мы тоже могли себе позволить отсыпаться после пьянок сутками и ни о чем не думать. А сейчас, увы, дела не ждут…
Паша взял Настю за руку и повел из дома на улицу.
– Виктор Георгиевич оставался здесь на ночь, и я попросил его приготовить нам завтрак. Ты же не против, что мы поедим в беседке? – спросил Настю, когда они шли по узкой дорожке. – Глупо проводить такое чудесное утро в доме, а я и так большую часть своего времени в офисе торчу, для меня в кайф еда на свежем воздухе.
– Я согласна, утро замечательное, – кивнула Настя.
– Тогда ты пока здесь располагайся, – Паша подвел её к столу, – а мы с Виктором Георгиевичем сейчас быстренько еду принесем. Уверен, на запахи сбегутся все сони, – рассмеялся и умчался в дом, Настя даже не успела спросить, не требуется ли её помощь. Но потом махнула на это рукой: она сегодня здесь гостья, и раз Павел решил её ничем не напрягать, так тому и быть.
А на дорожке, ведущей к беседке, появилась счастливо улыбающаяся Маша. У Насти мигом испортилось настроение: почему-то было предчувствие, что ничем подруга её не обрадует, сейчас расстроит проведенной с Киром ночью…
– Доброе утро! – радостно подбежала Маша и стиснула Настю в своих объятиях. – Ты прости, что я вчера рано спать ушла. Перебрала немного – выпивала тут со всеми за знакомство, и у меня башка разболелась, жуть просто! Ещё и жара наверняка меня добила… Кирюха меня в комнату в гостевом доме проводил, помог расположиться, даже таблетку какую-то дал – наверное, поэтому я сегодня как огурчик… Эй, ты чего? – удивленно посмотрела на хмурую подругу. – Что случилось?