Но Алисе было так неуютно рядом с ним, что никакой радости от этого признания она не испытала. Чувствовала, как он ее стыдится. Все, что она хотела, это вернуться в номер и лечь в свою огромную кровать.
Так и произошло. Герман отвез ее в гостиницу вместе с пакетом лекарств и оставив ее одну, ушел. Через полчаса к ней в номер принесли ужин, а перед сном заглянула медсестра.
Алиса лежала на кровати и бессмысленно щелкала пультом от большой плазмы на стене, когда ей пришла короткая смс-ка от мужа.
“Жива?”
Ей даже отвечать не хотелось, но все же заставила себя написать: “да”. И тут же получила ответ: “ну норм”.
Раз норм, так норм. Звонить родителям и рассказывать, что произошло, она, конечно, не стала. Соврала, что все в порядке, когда мама позвонила на следующий день. Герман, разумеется, не ночевал в номере, но Алиса и не просыпалась ночью. Утром только оглядев спальню, лишь пожала плечами.
Доковыляла до ванной, кое-как привела себя в порядок. И снова легла в постель смотреть кино, нашла один неплохой канал с английскими детективами и очнулась только от громкого стука в номер, ей принесли завтрак. Потом снова пришла медсестра, из краткого разговора с ней, Алиса поняла, что ее нанял Герман ухаживать за своей родственницей. Про себя Алиса горько усмехнулась — и ведь не соврал, хоть и правды не сказал!
Сам Литвинов объявился ближе к обеду, притащил Алисе костыли, бесцеремонно оглядел ее ногу, принял душ, переоделся и снова исчез.
Алиса опять уткнулась в свои детективы. Теперь шел американский сериал про бравых полицейских, Алиса проглатывала серию за серией, увлеченно смотря, но не запоминая, что происходило на экране. Та самая жвачка для мозгов, но ей она помогла.
А вот на следующий день позвонила свекровь. Поначалу Алиса думала, что сможет быстро от нее отделаться так же как от своих родителей, но не тут то было.
— Точно все хорошо? Голос у тебя не слишком бодрый, Герман все время на пляже, когда я ему звоню, а ты где?! Он сказал, ты приболела, это правда?
— Ага! — призналась Алиса, подумав о том, что ее состоянием сейчас интересуется едва знакомый человек. — Ногу растянула и очень сильно.
— А Герман что? — тут же всполошилась Софья Андреевна. — Почему он не рядом?
“Потому что у него своя компания и блондинка Марина!”, — подумала Алиса, глотая ком в горле.
— Ну а что ему тут со мной делать? — буркнула она в трубку. — Погода отличная, море теплое и чистое. Весело ему, в общем.
В телефоне повисла пауза.
— Гуляет?!
— Да! — выдохнула Алиса, чувствуя, как ком в горле становится не таким уж и болючим. — Здесь ни разу не ночевал, только приходит иногда переодеться и душ принять.
Своей маме она никогда бы не призналась, стыдно же выносить мусор из избы, но свекровь казалась Алисе разумной женщиной и хорошо знающей своего сына. И она точно не станет обвинять невестку по всех грехах.
— У него тут своя компания, — добавила Алиса. — Без Яны хватает других девушек. А может, и Яна приехала. Я не знаю.
Не то что бы Алисе было безразлично, напротив, при воспоминании об Ольховской у нее на глазах навернулись слезы. Будь эта шалава сейчас рядом, Алиса бы запустила в нее свой костыль. И плевать, что за это с ней сделал бы Герман.
— Нет, Алиса. Эта девка у вас там точно не появится, — твердым голосом ответила свекровь. — Я тебе обещала, я свое слово сдержу. И брата твоего она шантажировать не сможет.
— Что вы с ней сделали? — вырвалось у Алисы, она была не готова поверить на слово.
— Неважно, и ты, пожалуйста, выполняй свои обещания, твоим родителям не нужно всего этого знать. Хорошо?
Алиса, конечно же, ответила “да”, со свекровью они еще немного поболтали, Софья Андреевна предложила устроить совместный шопинг по возвращению, чтобы лучше познакомиться. Алиса отказываться не стала и уснула в самом приятном расположении духа.
Хорошее настроение сохранялось до утра, когда в номер влетел разъяренный Герман. Алиса наскоро укрылась одеялом, не зная, в чем еще виновата. Она очень боялась, что муж может ее ударить, но Литвинов сдержался. Рванул в душ, и уже выйдя из него начал отчитывать Алису.
— Кто тебя за язык тянул?! Просил же не портить мне отдых! — Герман, наконец, натянул на себя одежду и сел на кровать рядом с Алисом. А та инстинктивно от него отодвинулась. Она начала понимать. — Мать опять мозг весь проела! Тебе, что, так неймется, меня к себе привязать?! Не получится, поняла меня?!