Но Яга не боялась стать Огневицей, та не могла ей навредить. Ещё в детстве она научилась бороться с этим недугом. За то и была гонима, как ведьма.
Как сейчас помнит она, как приволокли непослушного хозяйского сынишку, который сбежал из дому в горючдень. Она и сейчас помнит, как мальчишка горел, как дымилась одежда на нем, а кожа почернела. Не должны были его в деревню нести, должны были притопить в ближайшей речке, но родители не смогли бросить единственного сына и втихую от односельчан принесли его домой. Знали они, что маленькая Янелига была дочкой погибшей знахарки, знали и то, что унаследовала она дар матери. Умоляли ее спасти их единственного сына. Она и спасла. Ей было всего десять лет, но помнила она, что мать говорила, помнила, что читала в её книгах. Не позволила она тогда Огневице завладеть сыном хозяйским, да зря. Говорила ей матушка, что не каждого можно спасти от Огневицы. Говорила, что слабый духом не выдержит и может повредиться умом, да не послушала Янелигушка. Стало жалко ей родителей Элкора и она тогда твердо решила спасти его во что бы то ни стала. Но Элкор был мал, да с детства слаб и Огневица брала верх. И тогда Янелига сделала то, что ей строго-настрого запрещала матушка - поделилась своей силой, навеки связала их жизни незримой нитью судьбы. Ей было совсем не страшно, ведь Элкора она любила всем сердцем, как и его родителей, которые приютили ее, когда она осиротела. И она щедро делилась с ним силой. Это помогло. Огневица отступила. Не стал Элкор демоном огненным, который сжигает все на своем пути. Но зато стал смотреть на Янелигу странным долгим взглядом, да подначивать ее по злому. То с лестницы толкнет, да так, что девушка едва жива оставалась, то напугает посреди ночи злобным завыванием, а то и вовсе запрет в хлеву на всю ночь зимой. Так и жили они много лет. Никто не замечал странностей Элкора, кроме самой девушки, а она не смела никому сказать, ведь в том, что он таким стал, есть и ее вина.
Шли годы. Янелига взрослела и превратилась яркую, невиданной красоты, девушку. Все в деревне любили Яну, ведь она была доброй, веселой, открытой, да к тому же унаследовала дар матери и лечила разные хвори. От женихов и вовсе отбоя не было, но Яна не спешила с выбором. Не нашла она ещё молодца себе по сердцу. Так и жила у родителей Элкора, помогая им во всем как родная дочь.
А Элкор за эти годы стал злым и жестоким по отношению к девушке, да не видел этого никто. На людях он был мил и добр к ней и люди поговаривали, что скоро им свадьбу играть, а Элкор и не отрицал этого. Родители нарадоваться не могли такой невестке, да только одна Яна знала, каков он на самом деле и уже много раз пожалела, что ослушалась матушку и попыталась спасти парня. Ведь видела, что он был слаб. Ведь знала, что не справится с демоном. Огневица не ушла полностью, а тлела в душе парня, постепенно и мучительно сжигая ему душу. Это видела лишь девушка.
Яга горько вздохнула и отогнала от себя непрошенные воспоминания. Они причиняли ей сильную душевную боль. Ведь она чувствовала вину. Горькую. Всеобъемлющую. Если бы она тогда не поделилась с парнем своими силами, он бы погиб, а его родители, оплакав сына, жили бы дальше.
Горючцвет все не попадался Яге и она от этого злилась всё сильнее. Вот уж солнца перевалили за зенит и время почти вышло. Она обошла все места, где мог зацвести волшебный цветок, но так и не нашла его. Теперь ей ждать случая целый год и это не радовало старуху.
- Что ж, делать неча, придется поворачивать домой. - бурчала она себе под нос.
За этот день она потратила много сил. Огневица не могла к ней прицепиться, но это не значит, что она не пыталась изводить Ягу. Старуха еле переставляла ноги, тяжело шаркая по сухой, пожухлой от жаркого дня, траве. Даже тень деревьев не спасала от пекла солнц в такой день и Яге не терпелось поскорее зайти в прохладу своей уютной избушки, но, видно судьба распорядилась иначе.
С трудом продравшись сквозь колючие заросли моженитовой ягоды, старуха увидела огромного медведя, который лакомился крупными лиловыми ягодами. Увидев старуху, он встал на задние лапы и оглушительно зарычал.
Яга от неожиданности замерла, а потом, поняв кто перед ней... Как треснула его своей клюкой.
- Чего разорался, Ирод? - прикрикнула она на царя леса. - У-у, напугал, медведина мохнатая!
Медведь опустился на четыре лапы, виновато опустил голову и что-то тихо проворчал.
- Сам что ли напугался? - уже улыбаясь беззубым ртом, спросила старуха. - Понимаю! Такую образину увидеть, потом кошмары мучать будут. Ну-ну, косматый, не ворчи! На вот, держи пирожочек от бабушки Яги.
И старуха протянула медведю моженитовый пирог. Она знала, что царь леса их очень любит и поэтому всегда, отправляясь в лес, брала с собой парочку, чтобы угостить старого друга.
- А ты чего это здесь ошиваешься в горючдень? Не меня ль поджидаешь? - догадалась старуха.
Медведь, дожевав угощение, медленно поднялся и поплелся в раскидистые заросли папоротника. Уже почти скрывшись в широкой листве, он обернулся на старуху, словно ожидая, что она пойдет следом за ним.
- Да иду я, иду. Что ты там опять задумал, Ирод лесной?
Но, подойдя к зарослям, она и сама все поняла.
- Нет, нет, нет! Даже не уговаривай! Не смогу я!- возмутилась она.
Медведь ткнулся носом ей в плечо и ласково что-то проворчал, затем подошёл к лежащему под широкими листьями мужчине, схватил его зубами за ворот рубахи и подтащил к Яге.
- Да что же ты делаешь, медведина лохматая? Задушишь ведь! Он и так еле дышит! - хлопнула она своей маленькой сморщенной ладошкой по холке лесного зверя. - Эх, ладно, уговорил. Сделаю, что смогу!
Старуха огляделась вокруг и, заприметив раскидистые ели, взяла из своей корзинки маленький топорик. Нарубив длинных еловых ветвей, она уложила их возле мужчины, связала между собой подпояском от платья и перекатила на импровизированные носилки болезного.
- Я найденыша твоего потащу, - обратилась она к медведю, потирая новую бородавку на носу. - а ты корзину мою неси! Не хватало ещё потерять ее, тогда весь день насмарку будет
Медведь безропотно подхватил зубами корзину старухи и поплелся за ней.
Мужик был очень тяжёлым, а старуха за день и без того измоталась, поэтому тяжело ей давался поход до дома с такой ношей. Но она все тянула и тянула носилки из еловых ветвей, ибо видела, что человек попался сильный, могучий, раз до сих пор не воспламенился и дышит. Кожа его местами начала уже чернеть, одежда дымилась и это было скверно. Его время было на исходе, а до избушки старухи оставалось несколько туров пути.
Яга вся взмокла, волосы растрепались и некрасивыми серыми клоками выглядывали из под платка. Мышцы старухи ныли и дрожали, губы пересохли, но всю воду она уже отдала болезному - ему нужнее.
Наконец, вдали показалась низенькая, деревянная избушка, поросшая мхом и травами.
Из последних сил Яга дотащила волокушу с болезным до своего жилища и в изнеможении упала на землю, рядом с крыльцом.
Отдышавшись, Яга не без труда поднялась и зашла в избу. Первым делом она напилась ледяной воды из заговоренной кадки, а уж потом начала суетиться с хворым. Изгнать Огневицу дело не простое, но возможное. Жители местных деревень иногда подкидывают к ней одержимых, посмевших выйти в горючдень, да и других смертельно больных приносят. Сами не заходят никогда. Бросают своих родных близ избушки, да убегают. А старой больной Яге приходится надрываться и тащить их в избу.
Старуха с трудом распрямила свою натруженную спину, плеснула в лицо студёной воды и приготовилась к ворожбе.