— Спасибо…
— Это вам спасибо. За Бруно Багинотского…
— Ваше величество?!..
Приведенный в чувства и проинформированный о ходе финансовой кампании, Август Второй появился из толпы придворных неожиданно.
— Я… не думал, что всё так обернется…
— Я тоже, — кривовато хмыкнул Гуго и прижался щекой к покрытой белым чепцом макушке жены. — Это не мне спасибо, а ей…
— Но выбор был и твой тоже, милый…
— Но если бы не ты…
Сенька хихикнула и подхватила под локти мужа и конунга.
— Кажется, мы тут лишние.
Коротко простившись у ног всепонимающе улыбающегося гранитного старца, расколотый надвое отряд уже был готов отправиться к своим целям, как вдруг из толпы вывернулись двое отчаянно спорящих мальчишек лет пяти и подбежали прямиком к Адалету.
— А я говорю, что я не сумасшедший, и всё это взаправду видел!
— А вот и врешь!!! Не могут кресла-качалки летать, не могут! Только ковры! Вот и дяденька волшебник подтвердит!
— Нет, могут!!! Они клином летели, домой, наверное, на север!!! Может, там у них гнездо!!!
— Ага, парочка деревянных птичек!!!
— А вот и не парочка, вот и не парочка! Их пять было, пять!..
Адалет побледнел.
Часть четвертая
Посох Агафона
Невеселое предсказание Адалета о том, что отставшие от основной группы ренегаты постараются расправиться с Наследниками не мешкая, чтобы как можно скорее присоединиться к покинутым товарищам, оправдалось сразу, как только зеленая долина славного Багинота скрылась из глаз занявшей круговую оборону троицы.
Крупная точка, похожая на страдающего последней степенью ожирения стервятника, не так уж неожиданно отделилась от склона ближайшей горы и споро направилась им наперерез.
— Хель и преисподняя… — процедил сквозь стиснутые зубы отряг, поднимаясь во весь рост с самым огромным топором наперевес.
Иван занял позицию рядом, черный меч наготове, на челе — сумрачная решительность драться до последнего1.
----------------начало сноски----------------
1 — Желательно — до последнего ренегата.
----------------конец сноски----------------
Сенька с ровно сияющим темно-голубым светом посохом на коленях осталась сидеть позади.
— Ты помнишь, что надо делать? — более чем слегка нервно полюбопытствовал через плечо ее супруг.
— Помню, — сосредоточено отозвалась царевна. — Ничего. Просто держать его крепче, и всё.
— И никаких заклинаний?..
— Ты меня за кого принимаешь? — усмехнулась она и ту же проворчала: — И не маячьте вы перед глазами со своим арсеналом — все равно от него тут не будет никакой пользы, только картину загораживаете.
— Не картину, а тебя, — хмуро буркнул Олаф.
— С-спасибо… — растерялась Серафима, но не надолго. — Только без толку это всё, ребята. Заклинание Адалета или подействует, или нет. И если оно подействует, тогда магическими способами они нам причинить вред не смогут…
Обтянутый домотканым половиком деревянный щит шагов пять на семь приблизился к Масдаю десятка на три метров и замедлился, пропуская летящий во весь опор ковер мимо.
— Как тигр в засаде… — пробормотал напряженно Иван.
— Смотрят, с нами ли Адалет… — впился ледяными от бессильной ярости глазами в самодовольно ухмыляющиеся физиономии ренегатов рыжий конунг. — Увидели, что нет… Зубы скалят… варговы дети…
— Был бы с нами Адалет — они бы так нахально не глазели, — сурово сдвинул брови Иванушка.
— Вот, заладили: "Адалет, Адалет"… Вытащил с родного шкафа, облил, натравил половину колдунов Белого Света и бросил на произвол судьбы, ваш Адалет… Безответственный, выживший из ума старикан, вот он кто… — тихо, но истово забубнил Масдай, но его не расслышали.
— Они еще и руками машут!.. — в эту минуту возмущенно ахнул отряг. — Издеваются, реньи гады!
— А ты им в ответ помаши, — сумрачно хмыкнула Серафима.
Олаф послушался совета, но наполовину.
Сенька фыркнула.
Иванушка хоть и порозовел слегка, но дипломатично сделал вид, что комбинации из двух рук, записанных в регистре международных жестов и сигналов под номером один, не опознал.
Масдай одобрительно качнул краями и попытался на лету сотворить нечто похожее из всех трех сотен задних кистей.
С вражеского летающего объекта донеслись разъяренные, неподвластные цензуре вопли, перемежаемые обещаниями скорой болезненной кончины всей четверки.
— Сейчас начнется… — оптимистично предрек ковер и ускорил ход.
Сообразив, что пока они самозабвенно, но непродуктивно предаются сквернословию и хуле, их добыча успешно улепетывает, ренегаты спохватились. Высокий маг с длинными черными распущенными волосами вскинули ладони по направлению к уносящему что есть мочи кисти, ворс, основу, а, заодно, и пассажиров, Масдаю, и губы его зашевелились, беззвучно и мстительно выговаривая что-то, что должно было положить быстрый конец едва начавшейся охоте.