— Что?!
Агафон подскочил, как ужаленный.
— Что ты сказал?!.. Это не какая-то палка!!! Это — посох самого Агграндара!!! Вершина, шедевр, артефакт, апогей, кульминация, зенит и венец!!!.. А еще, если вам всем угодно знать, то наложить защитное заклинание хоть на полянку, хоть на деревню, хоть на сам Мильпардон… да хоть на всю Шантонь мне раз плюнуть! С закрытыми глазами! Левой рукой! Даже зеркальное!!! Даже с усилением!!! Даже с углублением!!! И с коэффициентом!!! Такому магу как я, это — десять минут вокруг лагеря прогуляться! Пять! Три! Две с половиною!!!.. И да устыдятся маловерные!!! И не нужна мне для этого никакая ваша дурацкая палка!!!..
Кипя, бурля и брызжа благородным негодованием, его премудрие выхватило на ходу из рукава шпаргалку и едва не вприскочку рвануло в кусты.
-------------------
1 — Олаф не успел договорить, что настоящий волхв в состоянии мгновенно изобрести с полсотни причин получше и поубедительнее.
--------------------
Две темных фигуры — высокая, почти лысая, с длинным, свисающим до плеч одиноким клоком волос, и приземистая, придерживающая болезненно левую руку правой, притаились в овраге, сливаясь с предзакатным лесом, и как голодные волки на овечье стадо, в безмолвном ожидании уставились в направлении зарослей шиповника метрах в пятнадцати от них.
Говорить больше было не о чем — всё было обсуждено еще полдня назад. Те, кого они преследовали с самого Багинота, были на это раз обречены, и никакие зеркальные защитные чары им не помогут.
От падающих на голову столетних деревьев, обращенных в камни, их не защит не то что жалкая палка, будь она хоть стократ подлинным посохом древнего мага, а и целый навес из ей подобных.
Оставалось дождаться, пока все уснут, чтобы действовать быстро и наверняка.
Хотелось есть.
Из-за кустов, за которыми сделали привал их жертвы, головокружительно тянуло хлебом и подгоревшим супом. Конечно, можно было развязать свои мешки и тоже перекусить, но осторожность советовала им этого лучше не делать…
До тех пор, пока вопрос с ненужными наследниками Выживших не будет решен окончательно и бесповоротно.
Вдруг высокий вздрогнул: к ароматам ужина внезапно присоединились звуки ссоры, и не успел он выразить удивление хотя бы жестом или взглядом, как сквозь кусты, ломясь как ошпаренный лось, выскочил длинный худой юнец в поношенном балахоне студента школы магии.
Причем значительная часть этого балахона, и без того давно уже печально наблюдавшего закат своей тряпичной жизни, осталась на ветках и шипах живой изгороди.
Пробежав по инерции несколько метров, студент остановился, уставился в бумажку, зажатую в пальцах левой руки, и принялся быстро и неразборчиво что-то бормотать.
Коротышка презрительно хмыкнул.
— Это они что, вместо Адалета себе в ВыШиМыШи приобрели? — свистящим шепотом прошептал он напарнику в ухо. — Кудесника малолетнего?
— Похоже, — снисходительно усмехнулся высокий. — Только не приобрели, похоже, а им всучили того, кого выгнать не успели. Чтобы отвязались и не рассказывали сказки.
— Почему ты так решил?
— Если бы им поверили, с ними был бы преподаватель. Или прошедший инициацию маг. И, может, не один.
— А, может, он отличник-вундеркинд, который дюжину ректоров за пояс заткнет и не заметит?
— Со шпаргалкой? Не смеши меня.
Собеседник недолго подумал над словами приятеля, и смешить его больше не стал.
— Как ты думаешь, что мальчик собирается делать? — вместо этого полюбопытствовал он.
— Какая разница… Если мы вдвоем не сможем отмахнуться от любого его заклинания как от назойливой мухи, грош нам самим цена.
— Это ты верно заметил… Утопающий хватается за двоечника… — почти умиротворенно пробормотал коротышка и с блуждающей снисходительной ухмылкой присел на корточки, привалившись спиной к склону их убежища.
— Поглядим-поглядим, на что способен наш великолепный вундеркиндер… — обращаясь больше к себе самому, чем к присевшему передохнуть раненому приятелю, прошептал высокий, пристроился поудобнее под прикрытием уже почти утонувшей в наползающих вечерних сумерках густой травы, прищурился иронично, и принялся наблюдать.
Присоединился он к дремлющему вполглаза соратнику спустя десять минут.
— Ну, что там? — не поворачивая головы, полюбопытствовал тот.
— Что и следовало доказать… — криво усмехнулся высокий. — Полное убожество и ничтожество. Таких не выгонять — таких надо заточать в тератобестиарий и показывать за деньги. Хотел сначала наложить защитные зеркальные чары…