Цепная реакция пошла.
— Вы не показывались, потому что презирали нас и считали существами ниже себя! — с порцией горькой правды ввязался в перепалку Друстан.
— Мы не показывались, потому что… — приподнялся Аед.
— Стойте, стойте, стойте!!! — решительно вскочил Иван и вскинул ладони, немного опередив помрачневшую и встревоженную зарождающейся ссорой королеву. — То, о чем вы говорите, было давно, сотни лет назад, когда никого из вас на Белом Свете еще не было! И это значит, что ни сиххё, ни люди, здесь присутствующие, не могут отвечать за дела своих предков!
— Но это правда!..
— Это было!..
— Голос крови… — пасмурно пробормотал Дагда.
— Перебивается голосом разума, — строго договорил Иванушка, и все смущенно умолкли, то ли обдумывая, то ли просто сожалея о высказанном в запале.
— А дел мы сами еще наворотим, не хуже прародителей, — первым поднял глаза и усмехнулся Амергин.
— Человек Иван прав, — тихо присоединила свой голос к мнению гостя Арнегунд. — Что было — то было… И вы, и мы наделали немало ошибок и глупостей…
— Это они… — забурчал Огрин.
— Нет, это вы… — процедил Дагда.
— Нет, мы… — подскочила Эссельте.
— Но существует же способ всё изменить, и вернуть сиххё в Гвент!.. — снова не дав поднявшей было голову розни еще и разинуть ядовитую пасть, решительно заявил лукоморец, и слова его на сей раз упали на более благодатную почву.
— И нас заодно, — еле слышно пробормотал друид.
— …и в Улад, и в Эйтн тоже!.. — с апломбом продолжал Иванушка.
— А вот это правильно. И побольше. Можно вообще всех, — так же дипломатично — хоть на тот раз так, чтобы никто не слышал — одобрил друид. — Особенно в Улад.
— …Если вы попали сюда, значит, по законам магии, должен быть и путь обратно! — оптимистично закончил царевич, и в ожидании поддержки с энтузиазмом окинул всех светлым взором победителя.
Губы королевы дрогнули еле заметно — натянутые как нервы струны вздрогнули вместе с ней — и она отвела глаза.
— Не знаю. Наши ведуны говорили, что для этого нужно очень многое… чего мы никогда не сможем заполучить.
— Что? — нетерпеливо подался вперед лукоморец. — Вы только скажите, мы обязательно поможем! Мы найдем это, достанем, добудем, вырвем из самого громадного логова гайнов, если понадобится! Если есть что-то, что от нас зависит…
Хозяйка смутилась — уже очевидно, пристыжено опустила голову, посмотрела искоса на Аеда, на старейшину Дагду, на Амергина, поджала губы, словно принимая какое-то трудное решение, и уклончиво кивнула.
— Наши ведуны говорили, что клятва, произнесенная на Поляне Совета, была самой страшной, какая только могла быть составлена сиххё и людьми. И то, что свершилось по ее исполнению, назад возвращено быть не может…
Ничуть не обескураженный, чувствуя за всем минорным вступлением одно мажорное "но", Иванушка порывисто сжал кулаки и вытянул шею, готовый, верный своему слову, искать, доставать, добывать и вырывать — и не обманулся.
— …если только кровный потомок того человека, который поклялся, не откроет нам дорогу назад по своей воле.
Лицо царевича разочарованно вытянулось, и он, жестоко обманутый в своих ожиданиях, медленно опустился на место.
Но мигом снова вскочил.
— Эссельте?..
Принцесса встретила было его вопрос изумленным взглядом, но тут же поняла, что он имеет в виду.
— Нет, милый, — с искренним сожалением покачала она головой. — В Гвенте род Морхольта прервался. Наш род — по линии супруги правнука его младшего сына… Он умер, не имея родичей мужского пола, оставив бездетную жену править страной. Королева Прителла взяла в мужья эрла Северного Гвента, и от них ведется теперь наш род, род Грайдлонов.
— А других особ королевской крови с нами нет, — то ли с издевкой, то ли с сожалением закончил ее речь архидруид и развел руками — кружка в одну сторону, желтоватая пресная лепешка — в другую.
Сиххё перенесли удар стойко, не поведя и бровью.
Наверное, после стольких веков непрерывной надежды, когда надежда действительно мелькнула на горизонте, уже нет сил ни радоваться, ни огорчаться, сочувствуя, подумал царевич.
А у нас?..
— А мы?.. — с замиранием сердца, словно прочитав его мысль, робко спросила гвентянка. — Мы, люди… сможем отсюда уйти?
— Ведь проникали же вы в наш… общий… мир? — оживился Друстан.
— Нам очень надо! Причем срочно! — умоляюще взглянул Иван на королеву.