Глаз выглядел особенно натурально, обратила внимание царевна — из-под опущенного тяжелого века удивленно и чуть брезгливо взирал он на происходящее перед его дверью.
А перед дверью не происходило ничего интересного. Хлодвиг Сутулый, не оглядываясь по сторонам, деловито вставил факел в скобу на стене, порылся в карманах, вытащил большой кованый ключ размером со средний огурец и повернул его несколько раз в амбарном замке в виде волчьей головы. Потом, прихватив и замок со всё еще торчащим из него ключом, и факел, жрец приоткрыл одну половинку двери и сделал шаг в тишину и темноту спящего храма.
Серафима поспешила за ним, надеясь если не проскочить незаметно внутрь, то заглянуть хоть одним глазком.
Дверь захлопнулась перед самым ее носом.
С той стороны послышался ржавый скрежет задвигаемого засова, и царевна поняла, что если она действительно хочет узнать что-нибудь новое и интересное из жизни отряжских жрецов, то знакомство с внутренним убранством культовых сооружений отрягов придется срочно заменить знакомством с устройством защелок на ставнях их окон.
К счастью, ничего ломать и разбирать ей не пришлось, потому что дальнее от входа окно в левой стене было гостеприимно распахнуто, источая в ночь запахи горелой травы, железа, кожи и мяса, и всё, что любопытной царевне оставалось делать — это пристроиться под подоконником, затаиться и ждать.
Ждать пришлось недолго.
Неяркий свет принесенного Хлодвигом факела неспешно проплыл от входа к ее окошку и остановился — похоже было, что жрец установил свой светильник в подставку, чтобы освободить руки для обещанных возлияний, разжиганий и обкурений.
— О повелитель мой… владыка мой небесный… мой покровитель… вдохновитель всех мои…
— А, это ты… — донесся из темноты святилища недовольный сонный мужской голос.
— Кто там?.. — испуганно метнулся в противоположную сторону сторону голос жреца.
— Оставь в покое кинжал, Хлод. Ты же сам хотел меня видеть.
— Ф-фу… У… Ульг…
— Без имен, без имен, пожалуйста, — торопливо прервал его гость. — Здесь это пока небезопасно. Для тебя, в первую очередь.
— Да-да, конечно, прошу прощения, сорвалось…
— Слово — не воробей, не вырубишь топором, — несколько натянуто пошутил ночной любитель анонимности, и тут же перешел к вопросам.
— Что-то ты подзадержался после ужина, любезный. Не обкушался ли?
— Большие перемены, У… э-э-э… Да. Большие перемены, я хотел сказать. Ты, конечно, знаешь о древних обязательствах рода конунгов?
— Ты это про их ежегодные прогулки по Белому Свету в поисках вчерашнего дня?
— Именно. Ну, так вот. В этом году Гуннар отказался присоединиться к отряду мага Адалета, и этот старый перечень1 заявился сегодня на ночь глядя сам и устроил во дворце натуральный разгром.
----------------------
1 — Мужской род от "старой перечницы".
----------------------
— И кого он хочет забрать?
— Я думаю, ему всё равно. И поэтому, пришло мне в голову, мой очень большой и очень тупой племянничек мог бы составить ему неплохую компанию.
— Мог бы? Хочешь сказать, он не согласился?
— Он боится отойти от трона Гуннара дальше, чем на два шага.
Неизвестный в святилище хохотнул:
— Значит, не настолько уж он и туп.
— Я полагаю, это неплохой план, — словно оправдываясь, торопливо заговорил брат конунга. — Мы бы избавились от Олуха на несколько месяцев и развязали себе руки!
— Воины будут ждать его возвращения.
— Он сгинет в чужих краях!
— А если нет? Если он вернется героем, в ореоле славы, то трон выскользнет из-под твоей пятой точки, не успеешь ты и опомниться. И, в лучшем случае, отправится наш мудрый Хлодвиг в Затерянный лес в Диком капище поклоны горелому дубу класть. А в худшем… Нет, приятель. Мне неудачники не интересны.
— И… что теперь? — показалось ли Серафиме, или голос жреца действительно дрогнул?
— Наш план остается в силе, только и всего, — беззаботно сообщил ночной визитер и неспешно и хрустко прошелся по засыпанному прошлогодним камышом каменному полу. — Всё уже запущено в действие. В ответе не сомневайся. А чтобы не сомневались и остальные, завтра можешь при всех вознести молитву и испросить у Светоносного… ну, например, благословение. Послезавтра ведь пять карраков должны выйти в море на промысел, если ничего не путаю?
— Испросить при всех?.. — недоверчиво уточнил Сутулый.