Кстати, Глеб, шахтёрских баз у нас нет ни одной, а нужны и по разработке, и по дроидам, и по минералогии, может и ещё что-то, но я не нашёл в местной сети. — турок договорил и качнул в мою сторону открытой ладонью, вроде как передавая эстафету.
— Молоды, ребята, хорошо поработали! — похвалил я команду. — Я тоже не балду пинал, поэтому у нас уже почти в кармане основная масса того, что обсуждали ранее. Осталось отовариться по результатам вашей проверки и мы, надеюсь, готовы к первой экспедиции.
В этот момент капитан встрепенулся и сообщил, что начали прибывать курьеры с мелкими покупками, а из медотсека вернулся выспавшийся Иван Иваныч, после чего началась всеобщая суета.
До конца оплаченных суток мы уложились едва-едва, после чего отчалили, расчехлив бот, и начали с его помощью забирать забронированные крупногабаритные товары из разбросанных по периметру станции складов и ангаров. Загрузку контейнеров оставили на десерт, как самое габаритное, за которым пришлось гнать сам корабль.
По огромному ангару шныряли многочисленные грузовые дроиды от многоногой мелочи до колёсных гигантов. А нас встречал человек. В пустотном скафандре без шлема, с планшетом в руках, черноволосый и с раскосыми глазами крепыш, фигурой напоминающий борца.
— О, смотри, монгол! — по-русски воскликнул Серёга, пихнув меня локтем в бок.
— Сам ты монгол, я алтаец. — на чистейшем русском ответил встречающий.
— С Горного? — ляпнул я от удивления первое, что пришло в голову.
— С Турочака. — поправил меня алтаец, улыбаясь.
— А мы с Барнаула. — так же растягиваюсь в лыбе.
— Земе-еля! — раненым вепрем взревел мужик на весь ангар, аж с верхних стеллажей посыпалось что-то мелкое и вроде даже матерящееся, и полез обниматься.
— Задавишь, медведь… — просипел покрасневший Серж, безуспешно пытающийся извернуться так, чтобы вдохнуть.
— Угадал, брат, — счастливо проревел борец, теперь уже почти без сомнений, — Абагай, так меня зовут, по-русски как раз — медведь. Ну или Михаил, Миша, чтоб вам привычнее. Кергилов. Вы как здесь? Давно? Как на Землю вернуться знаете?
— Я Глеб, Это Сергей, — не без опасений протянул ему руку для закрепления знакомства, сдавленные в тисках плечи ещё покалывало, — ещё недели не прошло, как из криокапсул вылезли. Про путь домой пока не в курсе, но мы работаем в этом направлении. Ты-то сам давно тут?
Михаил открыл было рот, чтобы ответить, но в этот момент сразу с двух сторон загрохотало, приближаясь, целое стадо чего-то, судя по звукам, крупного копытного. Через пару секунд на площадку перед шлюзом вывалилась группа, ну, скажем, разумных. На восьмерых условно обычных, не считая экстравагантной внешности, людей, приходился один не выделяющийся ничем, кроме серой кожи, один эльф, вернее… точно — аграф, с характерными ушами и синеватой кожей, и один кошко-человек, по-местному то ли мзин, то ли мрзин. Они настороженно уставились на нас, а мы, как городские дети, впервые увидевшие в деревне самоходный генератор молока — на них.
Группа была вооружена до корней волос и кончиков ушей, бронирована и сопровождалась пятёркой боевых дроидов. Увидев, что никто никого не убивает, а вполне наоборот — мирно беседует, банда опустила оружие и аграф поинтересовался:
— Абагай, тебе угрожает опасность?
— Ребята, какая опасность? — Миша лучился счастьем, как новенький ядерный реактор, при этом эмоционально размахивал руками, грозя планшету безвременной кончиной. — У меня тут земляки нашлись, не просто с моей планеты, а почти соседи! Но спасибо, что прибежали, извините, сам не ожидал, что так заору.
Когда маленькая армия неторопливо угромыхала восвояси, Михаил предложил культурно посидеть у него в офисе при ангаре, на что мы ответили, что уж лучше вы к нам, дескать, команда полностью из землян, причём пятеро из шестерых — барнаульские. Он согласился, но в офис на минуту всё равно забежал.
За столом в кают-компании уместились с трудом, пришлось отмагничивать и перетаскивать диван, на который и поместили неожиданного гостя, а заодно капитана. Эдик, увидев алтайца, насторожился, а затем спросил — не он ли победил на краевых соревнованиях по греко-римской борьбе среди юниоров лет двадцать назад. Оказалось, что мир действительно очень тесен и что именно Миша тогда отнял золото у Канюка-младшего.
«Вот надо было пролететь полгалактики, чтобы встретить тут именно тебя», ворчливо пошутил Эдуард.
А потом было долгое застолье, на котором натуральным оказалось только принесённое Абагаем пойло — не то сладкая настойка на ёж знает чём, не то очень крепкий ликёр. Даже непьющие мы с профессором рискнули попробовать чисто из любопытства. Ну и гостя уважить заодно. Человек двенадцать лет на чужбине, истосковался по всему, что о родине напоминает, в том числе — по таким застольям. Местные, говорит, не умеют так душевно заседать.