Канюк по моей просьбе просканировал подаренным сканером окрестности и те неожиданно таки дали несколько засветок. Все напряглись. После распознавания сигнатур выяснилось, что это всего лишь чьи-то маяки, причём разного производства и давности установки, что в общем-то обыденно для любой разведанной системы. Все расслабились, но прежней беспечности уже не было, ибо нечего расслаблять булки: кругом дикий космос, в котором может шнырять кто угодно — от банальных конкурентов до экзотических архов. Для нас экзотических, естественно, как для новичков в космосе.
Не зная, как, что и куда передают эти маяки, я предложил обходить их по возможности максимально далеко. Однако, капитан, видимо, изучив соответствующие базы, заверил, что мы уже везде засветились, так как системы маскировки у нас нет вообще никакой, кроме стандартной РЭБ (система радиоэлектронной борьбы), так что трепыхаться поздно, но и маяки тут внутрисистемные, гиперсвязи не имеющие. Поэтому, пока хозяева не прилетят и показания не снимут, как со счётчика электроэнергии, можем тут хозяйничать.
«Ну, раз можем, то нефиг щёлкать клювом», решила наша дружная компания и мы двинули к цели. Барражируя над астероидным полем, просканировали на всю невеликую мощь купленных сканеров, но даже так ладошки потели от рисуемых на центральном мониторе перспектив.
Металлов было много. Очень много. Может быть для какой-нибудь добывающей корпорации это мелочь, но для нашей маленькой команды тут был клондайк. Цветные, редкоземельные, радиоактивные, металлы платиновой группы, благородные и, конечно, железо. Железом фонило всё, что неудивительно — самый распространённый металл во вселенной всё-таки. Многое из того, что предстояло добывать, было относительно равномерно размазано по всему участку и мне пока было трудно представить — как это всё перелопатить. Выделялись два участка поля, богатых ураном, а одна группа астероидов светилась прямо-таки самородным золотом.
Конечно, нас просветили, что золото в Содружестве не так ценно, как на Земле и других отсталых мирах, но мы же собираемся возвращаться домой! Так что тонну-другую захватить надо обязательно, так сказать, детишкам на молочишко. О, боги, как же приятно делить шкуру неубитого медведя! От мысли о парочке грузовых контейнеров в трюме, заполненных самородками, потеплело внутри. Да и «медведь» — вот он, допрыгнуть можно.
Отправив Шурика с Сергеем на гружёном боте распределять добывающих дроидов по делянам, мы приготовились приятно провести время в наблюдении за тем, как наши инвестиции сами себя окупают. Ага, щас. Первый сигнал о замене наконечника бура прилетел уже через двадцать минут. Следующий час прошёл в томительном ожидании, а потом началось: полный контейнер увези, пустой привези, наконечник поменяй, сервопривод на место присобач, сбитого пролетавшим камнем дроида на место верни…
К концу первой двенадцатичасовой смены мы оценили всю соль шахтёрского хлеба. Относительно бодрыми оставались только капитан, не покидавший своего поста и профессор, пока не участвовавший в работе в силу возраста и отсутствия нужных знаний, хотя, через пару дней подключился и он, благо, высшей математики в такой работе не было. Иваныч даже предлагал нам в капсуле отлежаться, но мы дружно решили, что это перебор, собственно физической нагрузки было не так много, просто усталось от постоянных мотаний взад-вперёд.
Дроиды в отличие от людей могли работать безостановчно, как конвейер, а вот нам, мясным, требовалось придавить подушку часиков по восемь-девять. Ну, хоть есть успевали в перерывах между «вызовами». Поэтому, собрав движимое имущество обратно в бот, сыграли отбой.
А на следующий день мы потеряли первого дроида. Где-то прохудилась антирадиационная защита и мозги трудолюбивого робота спеклись не то от космической радиации, не то от того, что он уран добывал. В общем, отложили бедолагу на запчасти, если новые мозги найти не получится.
К концу второй недели все попривыкли к такому режиму работы, перестав сильно уставать, зато начали уставать от однообразия. Полсуток «в поле», полсуток на корабле, и всё время в замкнутом пространстве. Немного спасали редкие выходы в скафандре «за борт», но психологическая усталость всё равно накапливалась. А к началу четвёртой подошли к концу расходники для дроидов и запас пустых контейнеров.