— А я чё-то не въехал. Вы про что вообще? — подал голос Саня-студент, на что ему тут же всё расшифровали старшие товарищи и прозревший Шурик не стал выбиваться из коллектива: — Дык, вы же в курсе, я за любой кипеж, кроме голодовки! Куда вы, туда и я.
Серёга лишь молча кивнул, соглашаясь с остальными. А вот турок замялся, задумался. И только под вопросительными взглядами остальной команды тоже кивнул, пробормотав что-то вроде «ну, раз уж вместе начали, то можно и дальше».
— Фуркан, я же не заставляю никого, и всё понимаю — это моё личное дело. Когда получим координаты Земли, мы можем поделить всё добро, кроме корабля, и дальше ты волен делать что хочешь. Твоей доли золота хватит, чтобы дома сразу миллиардером стать, а какой-нибудь курьерский бот с гипердвигателем — не такая большая проблема, если сам не накопишь к тому времени, то поможем.
— Да ладно, чего мусолить, согласился уже. — буркнул техник, явно недовольный то ли своим решением, то ли своим конформизмом, а может просто не выспался.
— Ну вот и ладушки. Спасибо, мужики, без вас я реально не представляю как это дело вывозить. — хоть и не умею толком выражать свои чувства, но поблагодарил я товарищей от всей души и тут же, чтобы скрыть неловкость, поспешил перейти к делу, выкладывая всё, что надумал накануне.
— Кому как, а мне нравится, особенно «грабь награбленное»! — оскалился во все сорок два зуба капитан, а турок согласно закивал с уже более заинтересованным видом.
— Я так мыслю, что все три пункта вилами по воде писаны. — высказал своё авторитетное мнение Иван Иваныч, — Во-первых, как я понял, тут и территория Содружества не всегда и не везде полностью безопасна, а мы промышляем за пределами даже Фронтира, где хотя бы периодически военные патрули проходят. Так что наш удачный первый опыт — скорее дело случая, не стоит на него делать ставку. Во-вторых, каждое боестолкновение — это лотерея, особенно пока у нас нет многократного численного и технического превосходства над пиратами. И это я уже не говорю про абордаж! А про третье, Глеб, ты и сам сказал — без профессионалов в поиске такой информации не обойтись. Так что я предлагаю оставить продолжение этого разговора до тех пор, пока не продадим руду и не пригласим к обсуждению Михаила. Его опыт и связи наверняка внесут существенные коррективы в наше планирование.
— Ты смотри, как грамотно всё по фактам-то раскидал, — уважительно поджал нижнюю губу Эдуард, — сразу видно — человек наук!
Так под дружный смех, представляя облачённого в красно-синее трико профессора в затянутом паутиной медотсеке, за исключением традиционно не въезжающего в русский юмор турка, мы и закрыли тему.
— Короче, мужики, насчёт сбыта я договорился, как только маякну, подойдёт мой знакомец — оширский торгаш, — докладывал Абагай, прихлёбывая местный эрзац кофе, — просканирует товар на процентное содержание металлов и даст хорошую цену. Верить ему можно — мы давно дружим и в подставах он пока не замечен. Азиатов, ну то есть оширцев, тут мало, а он, как и я, бывший военный и спортсмен, только не по борьбе, а по какой-то своей рукопашке, на том и сошлись. Контейнеры я вам сразу отгружу, как только трюм освободите. Грузовоз подходящий есть и цена прям то что надо — всего сто двадцать косарей, но есть проблема: тихоход, плюс жилой модуль разграблен. Ну, то есть каюты, койки, даже пищевой синтезатор на поколение моложе вашего, но в остальном — голяк. Сами там глянете чё как, я-то не техник.
Едва ответив на стандартный запрос диспетчера станции, мы тут же связались с Михаилом, который безапелляционно заявил, что сначала к нему, а потом всё остальное. И чтобы не терять время, он предложил помощь в сбыте и некоторых приобретениях, пока мы преодолеваем оставшиеся до станции миллионы километров. Обозначив наши хотелки и пообещав интересный разговор, мы расслабились в ожидании прибытия.
Причалив к знакомому ангару, уже через минуту приветствовали алтайского батыра, который ещё через минуту докладывал нам о проделанной работе. Оценив грузовик, скинутый нам через нейросеть, пришли к выводу, что если комплектующие найдутся тут же и по приемлемым ценам, то приобретение стоящее.
Перейдя к отложенному в середине обратного пути разговору, мы всерьёз загрузили Мишу. Сначала он долго думал сидя за столом и цедя «кофе», потом ходил по кают-компании, разминая плечи и хрустя пальцами, после чего, наконец, усевшись обратно, заговорил.
— Насчёт кораблей всё просто: будут деньги — будут корабли, а пока можем только на пальцах прикинуть сколько чего нужно. Насчёт абордажа сложнее, но тоже решаемо. Мои наверняка согласятся — у нас и опыт есть, и большой зуб на пиратскую звездобратию, но нас мало, поэтому либо придётся из левых набирать, либо шерстите своих в заморозке на предмет профессиональных военных. На одну штурмовую команду у меня и своих запасов нейросетей и баз хватит. Но с боевыми имплантами и бронескафами придётся решать отдельно — это всё довольно дорогое железо и на каждом шагу не продаётся, особенно если не совсем рухлядь.