— Почему именно из четырёх? — спросил кто-то из ранее молчавших новеньких.
— Может и не из четырёх, это как получится. Будет зависеть от загруженных баз знаний — кто что успел изучить. Что может быть ценного на погибших кораблях? Во-первых, части и модули самих кораблей: целые искины, источники энергии, гипердвигатели, вооружение, системы РЭБ, маскировки и другие. Во-вторых, содержимое трюмов: челноки, боты, дроиды, ценные грузы. В-третьих, личные вещи: каюты экипажа, сейфы, тайники, личное оружие и скафандры… ну и нейросети симплантами в самих… членах экипажа.
Народ загудел, кто-то завозмущался, дескать «мы ещё и трупы шмонать должны?», «не по-людски это» и «я на такое не подписывался». Кто-то оказался более прагматичным, спросив: «а чё эти нейросети по деньгам?»
Я уже хотел было возопить командным голосом, чтобы разогнать митинг, но за меня это сделал, кто бы мог подумать, Серый, который в смысле Серёга:
— Мужики, харэ галдеть, не на базаре. — Серый дождался тишины и внимания, после чего повернулся ко мне: — Глеб, ты бы пояснил за мародёрку трупов, а то правда как-то это стрёмно выглядит, не по душе людям в такой тухляк лезть.
И вот что ему ответить? Нет, слов-то много, как и весомых резонов, но тут надо не просто отбрехаться, а целую кучу всяких психологических барьеров людских преодолеть, от банальной брезгливости до замшелых религиозных табу.
Думая все эти думы, я не сразу обратил внимание, что смотрю в глаза собеседнику, вообще не моргая. Мужик занервничал, начал переминаться с ноги на ногу и вроде даже хотел что-то сказать, как я созрел.
— Ты домой хочешь? — спросил я, теперь уже сознательно стараясь не моргать, затем медленно, задерживаясь на отдельных лицах, прошёлся взглядом по рассредоточенной группе земляков, обращаясь ко всем сразу: — А вы домой хотите? К жёнам и детям? Родителям и друзьям? На Землю? Или вам тут нравится — среди пиратов и работорговцев, где даже воздух денег стоит?
Кажется, людей проняло. За множеством фантастических впечатлений некоторые вообще забыли, что оказались в космосе не по своей воле и дома их ищут, ждут, а может и оплакивают близкие. Тем временем я продолжил:
— Так получилось, что из нашей партии рабского мяса я оказался первым разбуженным и, к счастью, наиболее готовым к тому — где окажусь. И первое, что я сделал, выбравшись из медкапсулы — убил троих пиратов и работорговцев. Затем мы с Фурканом, подлечившись, вытряхивали завонявшие трупы из комбезов и доставали из них электронные потроха, чтобы превратить неуправляемую железяку, несущую нас хрен знает куда, в управляемый корабль, ставший нашим оплотом в этом новом мире.
Упоминая турка, я кивнул в его сторону, вроде как указывая на живого свидетеля и участника достопамятных событий, на что тот важно кивнул в ответ и эдак со значением обвёл взглядом высокое собрание.
— Разбудив ещё четверых, мы составили план дальнейших действий и отправились в первую экспедицию, где горбатились почти месяц, чтобы купить наш грузовоз и, разбудив вас, его будущую команду, сразу обеспечить всем необходимым — от нейросетей и баз знаний до медицинских и пищевых картриджей. Вы думаете, мы это всё развлечения ради провернули, ну, или от нечего делать?
Несмотря на очевидно риторический вопрос, я снова заглянул в глаза присутствующим, теперь в обратном порядке, вроде как ожидая ответа, но на самом деле — пытаясь внушить каждому чувство причастности к происходящему, чтобы никто не тешил себя иллюзией, будто он может затеряться в толпе, за стеной общественного мнения. Ну, и немножко — пытаясь прочитать на лицах настоящие чувства, отношение к происходящему.
— Лично меня дома ждут четверо детей и пенсионеры — родители. А где-то у работорговцев моя жена и ещё человек сто пятьдесят наших земляков, которых тоже необходимо вернуть домой.
Постепенно, сам не замечая того, я повышал голос, добавляя в него всё больше железа, с которым проработал большую часть жизни, превращая простое внушение в какую-то командирскую речугу перед последним и решительным. Но слушателей это, похоже, захватило и поволокло…
— Так что, если потребуется, я буду голыми руками разбиратьть трупы, хоть свежие, хоть древние. А оно потребуется и очень скоро. И новые трупы делать тоже потребуется, когда отрастим зубы побольше, достаточные для того, чтобы кошмарить пиратов. Мы даже направления не знаем, где Земля находится, и эту информацию придётся вырезать из тех злодеев, кто ворует людей с нашей планеты. Ловить и потрошить, иголки под ногти загонять, кишки на локоть мотать, но получать данные, которые позволят нам вернуться.