Едва не получив вывих мозга от такого диссонанса, я уменьшил левую картинку, загнав её в угол, при этом расширив правую почти во весь обзор. Зрению сразу полегчало, сделав возможным вдумчивое наблюдение за происходящим.
А наблюдать было нечего. Голый коридор, пустые каюты, ободранная до голых стен рубка. Причём это было результатом не попадания чем-то крупным и убойным, а тщательная и планомерная работа умелого техника, который с толком и расстановкой, не торопясь, отсоединял модули, откручивал приборы, узлы и агрегаты, не забыв прибрать к рукам даже крепёж.
— Похоже, всё украдено до нас. — изрёк я общую сейчас для всех мысль. — Сами пойдём смотреть?
— Ну, пойдём, посмотрим, раз уж припёрлись. — со вздохом ответила Катя.
— Погоди, ещё реакторный и двигательный отсеки проверю. — притормозил нас Шурик.
Как и ожидалось, там тоже остались только голые стены. Причём противоабордажное вооружение на корабле явно было — следы его демонтажа присутствовали. Но, как и всё остальное оборудование, турели, или что там ещё могло быть установлено, пополнили бездонные карманы наших предшественников.
Получив добро на вход, мы выстроились в порядке, установленном нашим самым молодым, но и самым опытным в этом деле товарищем, и двинули в шлюз.
Сначала мне показалось, что я падаю, причём вместе со шлюзом и впереди идущими, взмахнул руками, попытавшись зафиксироваться в нешироком проходе, но тут по внутренней связи заголосили, кто-то вскрикнул. В следующий момент я понял, что мои товарищи висят в воздухе над полом. И я тоже вишу, не касаясь пола ногами. И только турок прочно стоит на своих двоих.
— Ребята, вы бы магнитные подошвы включили что ли. — в спокойном голосе Фуркана мне послышалась тщательно скрываемая усмешка. — Не стал вас предупреждать, думал сами догадаетесь, что мы за пределы искусственной гравитации выходим.
Один за другим три воздушных шарика человекообразной формы шлёпнулись пятками в пол. Фух, хоть какая-то определённость. И всё равно ощущение, что висишь вверх ногами на потолке — притяжения-то нет. Но летать всё-таки было прикольно. Будь я помоложе лет на тридцать — шнырял бы тут ошалелой медузой, отталкиваясь от стен, и нафиг бы не нужны были эти магнитные подошвы. А сейчас вона чё — стабильности подавай и приземлённости.
Корабль и при персональном осмотре оказался вычищен почти под ноль. Почти, потому что остался фатально повреждённый двигатель, кое-что из мебели, светильники, да внутренняя обшивка. Безрезультатно пошарившись по пустой скорлупе некогда грозной боевой машины, я предложил утащить хотя бы стол со скамейками, так как на наших заседаниях в кают-компании перестало хватать и мест за столом, и сидячих мест вообще.
Перегрузив мебеля к себе на бот, я уже хотел дать команду на возвращение, как Фуркан с криком «я должен хотя бы попробовать» удрал обратно в шлюз. Оказалось, турок весьма болезненно перенёс разочарование от того, что кто-то выгреб всё, не оставив даже мелочей, вроде приборов навигации в рубке, поэтому, накрутив себя до предела, в отчаянии рванул вскрывать внутреннюю обшивку в каюте капитана.
К тому моменту, как мы добрались до искомого помещения, шустрый техник ободрал уже половину стены и, всё наращивая темп, шелушил вторую половину. Катя с Шуриком, не имея соответствующих навыков и инструментов, остались на входе, с интересом и некоторой жалостью наблюдая за потугами неудавшегося мародёра. Я же решил помочь, выбрав другую стенку.
Минут через десять, расчехлив три стены из четырёх, мы добрались до входа. Пока я отковыривал угловые панели, мой товарищ начал с середины — отсоединив небольшую панельку над дверным проёмом.
— Агрха-а-а! — разнёсся по внутренней связи непонятный, но явно торжествующий вопль, дополненный затем возбуждёнными фразами, скорее всего на турецком.
Ломанувшиеся на вопль напарники снесли висящего в проёме техника, придавив его к противоположной стене, при этом Катя прикрывала турка грудью, а Саня тыкал во все стороны пушкой, выискивая опасность.
— Да отпустите вы его, это он от радости, а не от страха. — вступился я за придавленного бедолагу.
— Да вы сдурели что ли — так живого человека таранить? — пришёл в себя ушибленный, при этом старательно пытаясь прощупать сквозь скафандр то, чем его прикрывали.
— А вот нехрен так орать. Я подумал, что тебя нечисть инопланетная в вентиляцию утаскивает, как в том фильме про ксеноморфов. — Саня явно хапнул адреналина, поэтому отвечал так же эмоционально.