— Вы где его нашли? — серокожий не на шутку удивлён, но оттенки эмоций не угадываются.
— Помнишь, когда мы ещё грузы сопровождали, один торгаш с нами расплатился координатами двух систем, богатых рудными полями астероидов? — ответил за меня алтаец.
— Помню. Ты ещё решил, что оплата недостаточна. Пристрелить его хотел. — сполот впервые улыбается, вполне по-человечески. Правда, оказывается, что зубы у него тоже с серо-голубоватым оттенком. У нас такие в младших классах бывали, когда по дурости и малолетству лизали протёкшую шариковую ручку.
— Ну, вот, где кладбище кораблей, там, в самом центре и нашли.
— Что-то слышал про это кладбище, но не думал, что там наш корабль причастен.
— Так это ваш? — подключаюсь к разговору я, — Наверное, довольно старый, несколько тысяч лет он только на этом кладбище находится.
— Скажу больше: их только из эксплуатации вывели не меньше пятидесяти тысяч лет назад, а производство прекратили ещё раньше. Это очень старый проект, благодаря которому мы получили до двух третей наших обитаемых звёздных систем.
— Видимо, грандиозный был проект. А можешь что-то о корабле рассказать? Найти-то мы его нашли, даже немного исследовали, но информации по нему ноль, поэтому вот так, наощупь, его можно годами изучать, а у нас такого запаса времени нет.
— Видишь ли, у нас очень закрытое общество, — немного подумав, инопланетянин отвечает, тщательно подбирая слова, — с огромным количеством запретов и секретов. Несмотря на то, что я по определённым причинам исключён из нашего государства, большинство этих запретов и секретов распространяется и на меня.
— Ну, что ж, если не можешь, значит придётся рискнуть и поискать в сети. — я не то чтобы разочарован, но всё-таки рассчитывал хоть на какой-то минимум информации.
— Боюсь, и в сети вы мало чего найдёте всё по тем же причинам. Тем более что проект устарел задолго до появления современной версии галонета. А вероятность попадания кораблей такого класса, даже давно устаревших, списанных, непригодных к ремонту, в руки представителей других рас, не имеющих запретов на обнародование технических характеристик корабля, вы сами должны понимать — стремится к нулю.
Глядя на наши вытянувшиеся лица, ан Сан долго думает, но затем всё-таки на что-то решается.
— Не буду вас обнадёживать, но предлагаю продолжить беседу завтра. А сегодня я попробую получить информацию о корабле и о праве на разглашение информации о нём. Даже у наших запретов иногда истекает срок давности. Если же ничего не выйдет, то я буду вам помогать с освоением корабля личными силами и знаниями. Запреты запретами, но благодарность нашей расе свойственна, а я многим обязан Абагаю.
На этих словах он встал и, коротко кивнув одновременно всем присутствующим, быстрым шагом вышел из кают-компании с выражением не до конца разрешённой дилеммы на лице. Хвостатый же не удостоил никого даже кивком, сделав морду табуреткой, горделиво утопал вслед за товарищем.
Следующий день оказался невероятно продуктивным. Во-первых, в ангар к нашему земляку выстроилась очередь из покупателей. Мы ещё в полёте к станции рассортировали нажитое непосильным трудом по нескольким категориям: «к немедленной продаже», «сравним цены и продадим подороже», «посмотрим аналоги на рынке и может быть продадим» и «такая корова нужна самому».
Во-вторых, глядя на потёкший ручеёк денег, Миша с Эдиком решили, что нам необходим ещё один корабль не меньше корвета, а сверх того — глубокая модернизация и довооружение всех трёх боевых единиц: нашей, мишиной и ещё не купленной. Причём, для модернизации предусматривались не только наши запасы, но и покупные, если наших окажется недостаточно.
Всё-таки три вооружённых до зубов боевых корабля и утыканная турелями и ракетными установками баржа — это уже ощутимая сила для Фронтира. И если для войны с пиратами этого ещё маловато, то для того, чтобы успешно отбиться и удрать одним куском от сопоставимых сил, вполне достаточно.
В-третьих, предстоящее освоение гигантского «найдёныша» подразумевало пробуждение оставшихся в заморозке соотечественников, а за этим автоматически следовало многое — от подготовки комплектов нейросетей, баз знаний и личного имущества, до расчёта запасов пищевых и медицинских картриджей. Да и самих медкапсул теперь понадобится минимум вдвое больше. У нас в запасе их скопилось немало, но наших медиков категорически не устроило их доисторическое поколение.