Ну, или звездолёторазборщиками, если быть более точным. В рабских ошейниках, аккуратно прибранных на склад скаредным турком, под присмотром абагаевских боевиков и боевых дроидов, те, кто нам мешал, теперь помогает преумножать наше материальное благополучие.
Остальные же занялись тем, за чем и прилетели — освоением гигантского корабля.
Оторвавшись, наконец, от восторженного созерцания дыхайна, сполот с привычным русскому уху именем Саня загерметизировал шлем и, повернувшись ко мне, предложил отправиться в рубку.
Как оказалось, даже знание современного сполотского языка не помогло бы нам оживить корабль, ведь любой живой язык меняется со временем, даже в таких закрытых сообществах, как соотечественники нашего серого Санька. Поэтому он, как разумный с весьма высоким индексом интеллекта, а так же очень престижным и качественным по меркам своей родины образованием, постарался предусмотреть всё возможное для реализации наших целей.
Как я и предполагал, помимо органических мозгов-искинов, на титане имелись и более привычные нам компьютеры, с электронными процессорами и кристаллическими носителями информации. Таковые имелись везде, где были и «мясные», в качестве менее эффективного, но зато более долговечного и прочного аварийного заменителя, а так же хранилища базовых данных, с которого «обучались» новые мозги и нейросети.
Внимательно изучив лицевую панель причудливо изогнутого компьютера, похожего на холодильник цвета чёрного кофе в дизайне Сальвадора Дали, Саня снял с пояса какой-то прибор, вроде гибкого смартфона, и прилепил его на «холодильник».
— Всё, допуски получены и одобрены, сейчас идёт перевод с древнесполотского на унилингву.
У меня мелькнула мысль, что неплохо бы тут всё русифицировать, но следом пришло понимание, что сюда скорее придётся тащить и подключать что-то из Содружества, чем с Земли, поэтому мысль увяла. Хотя, научить «Колонизатора» русскому языку всё равно не помешает, но это можно сделать и позже.
Простояв минут десять в ожидании окончания перевода, мы болтали о всяком, в том числе, пытаясь рассказывать друг другу анекдоты. Пытаясь, потому что разница между двумя разнопланетными цивилизациями, одна из которых очень закрыта и на пару сотен тысяч лет старше другой, а вторая не только новорождённая по сравнению с первой, но и вообще изолирована от галактического сообщества, оказалась непреодолимой для взаимного понимания смеховых культур.
— Базы переведены на общий язык Содружества, — сообщил сполот, прерывая дискуссию о социокультурных различиях, — для проверки общего состояния корабля требуется восстановить систему энергообеспечения.
— А что для этого надо? В смысле — куда идти и что делать?
— Проверить наполненность реакторов биомассой и конвертера — отходами. Если всё в норме — подать стартовый импульс на конвертер, дальше процесс пойдёт автоматически. От нас это всё в трёх с половиной километрах к корме, на центральной оси.
— Можно сказать — недалеко. А если с биомассой и отходами беда? Есть тут инструкции на этот случай?
— Если конвертер пуст, можно перегнать часть биомассы из реакторов. Восстановление биомассы — процесс очень быстрый, при идеальных условиях происходит удвоение объёма каждые сутки, так что и тут проблем нет.
Саня отвечал почти сразу, с еле заметной задержкой. Видимо, опыт считывания виртуальных текстов у него огромный. А может и не текстов. Кто их знает, эти инопланетные технологии, может там сразу пакеты данных, включающие изображение, звук и ассоциативные образы?
— Если пусты реакторы, то должен быть запас органики и минерального сырья в бункерах. Придётся подождать, но всё будет восстановлено. А вот если пусты бункеры, то это уже проблема.
— Что за органика тут используется и сколько её нужно?
— Органика абсолютно любая. В реакторах содержатся искусственно выведенные микроорганизмы, перерабатывающие в питательный субстрат что угодно — мясо, древесину, чернозём, отходы жизнедеятельности любых углеродных форм жизни, включая углеводороды и полимеры.
— Удобно. Нам бы такую систему на Земле — половину проблем с загрязнениями решили бы. — размечтался я, представляя, как уменьшенная копия нашего «Колонизатора» ползает по городской свалке, оставляя за собой чистый гумус. Ну а что, там же основная масса — продукты переработки углеводородов и органика.