Новоиспеченный муж игривой походкой подошел, а затем потянул за одеяло. После недолгой борьбы я отпустила свой край и села в подушки. Вольдемар отшатнулся, замер, потом, очевидно решив, что это шутка, заглянул под кровать, ощупал шторы и открыл платяной шкаф. Не обнаружив там никого, он снова повернулся ко мне и спросил.
— Ты кто?
Вместо ответа я подняла правую руку, сжала в кулак и оттопырила средний палец, на котором красовалось широкое кольцо. Вольдемар озадаченно поскреб затылок, его лицо озарилось пониманием и он сел на край брачного ложа.
— Значит, вот оно что, — задумчиво проговорил он, — опять просчитался. Ну, ладно месяц потерплю.
С этими словами невозмутимый Вольдемар скинул сапоги, разделся до нижнего белья и аккуратно лег рядом. Глаза его устремились к потолку, где встретились с новым отражением. Супруг вскочил. От его спокойствия не осталось и следа. Я пожалела, что не погасила верхний свет.
— Куда делся подарок Михеича? — Вольдемар нервно забегал по комнате.
— Почему месяц? — спросила я невпопад.
Разговор все больше походил на бред сивой кобылы, однако, мой вопрос не остался без ответа:
— В начале месяца я женюсь, а в конце — развожусь. Это закон.
Я опешила. Так вот откуда шеф знал о конкурсе, а неземная красота и вовсе его рук дело. Сдержав злость, я сказала:
— Не понимаю, чем ты недоволен, дорогой.
— Чем? — взвился Вольдемар, — Да ты посмотри на себя.
Конечно, я не Анжелочка, признаю. Ее два высших образования, выпирающие из блузки, не идут ни в какое сравнение с моим училищем, но это не значит, что я — крокодил в пижаме. Мне захотелось выдавить его глаза, а вместо этого пришлось улыбнуться.
— А может, я смогу завтра заглянуть в сокровищницу и попробую исправить положение? — невинно предложила я.
— Боюсь, тебе это не поможет. Хотя, попытайся, — муж пожал плечами, — бери все, что захочешь. Только не покидай пределы дворца.
— С чего бы такая щедрость? — спросил ВГ.
Вольдемар, словно услышал, продолжал рассуждать:
— По закону имущество жены при разводе автоматически переходит в собственность мужа. А, судя по тому, что у тебя ничего нет, — он поморщился, — я женился исключительно по любви.
Молодой остановился у стены и вперил взор в репродукцию картины Васнецова.
— И чего она такая грустная? — спросил он невпопад.
— Она, наконец, поняла, что только в сказках козлы превращаются в людей. А в жизни они как были козлами, так и остаются, — не думая, брякнула я и добавила:
— У меня есть половичок.
Тут только Вольдемар заметил обновку на полу.
— Коврик! Реверсивный, — воскликнул он, — у меня такого нет. Так вот о чем толковал засланец. Михеич лопнет от зависти.
Супруг попытался оторвать половичок от паркета и не смог. Несмотря на кажущуюся ветхость, тот держался мертвой хваткой. Вольдемар выбился из сил, залез в постель, лег на свою половину и отвернулся.
— Спокойной ночи, — буркнул он.
Мне было его жалко, но прикроватную лампу я гасить не стала.
Следующим утром я забралась в сокровищницу. Ничего особенного — как и в стандартном помещении подобного назначения вокруг высились сундуки, набитые золотом, груды драгоценностей и сияющих ваз. Я подняла кубок, в котором отразилась моя бородавка на носу, и взвесила его в руке. Чистое золото, очевидно, что женитьба по любви была редким исключением, а не правилом. Вернув кубок на место, я осмотрелась по сторонам. В центре комнаты, где даже стены переливались самоцветами, низкий деревянный стеллаж выглядел более чем скромно. А предметы, аккуратно разложенные на нем, вызвали бы недоумение у всякого, кто не знаком с магическим искусством. Здесь была треуголка, которая внушала любому грандиозные планы, особенно, если владелец выходил в поле. Белая трость слепца, указывающая местонахождение кладов, мирно соседствовала с картой звездного неба. Незнакомые созвездия возносили на вершину славы любую посредственность. Корзинка, в которой пирожки оставались свежими, аппетитно пахла и предназначалась для визитов к бабушке.
Браслет хранился под стеклянным колпаком в центре композиции. Сделанный из дешевого стекляруса и разноцветного бисера, он был незаменим для путешествий и перемещал владельца в любую точку мира. Я благоговейно надела его на запястье и встряхнула рукой. Впереди часть стены исчезла, драгоценные камни каплями скатились вниз и образовали разноцветную воронку, куда я шагнула, захватив заодно и карту звездного неба.