- Точно сумасшедшая! Ты чего в людей шишками кидаешься? И полуголая с тесаком бегаешь?
- Да не кидаюсь я в людей! Я вообще в домово…
Точно! Тоша! Как я могла про него забыть! Он же со страху убежит за тридевять земель, фиг найду, а кто у меня дома убираться будет и готовить? С этими мыслями, я кинулась по направлению к деревьям, за которыми скрылось моё чудо-юдо. Куст, дерево, цветы, дерево, ёжик, дерево… Стоп! Ёжик?
- Маленький, скажи мне, пожалуйста, ты случайно тут рыжего коротышку с торчащими ушами не видел? – обратилась я к животному.
В ответ мне прозвучал хриплый басистый голос, как у сорокалетнего курильщика со стажем (мда уж… маленький):
- Да видал я - побёг окаянный на юг. Тамо же, где речушка текёт. Аве, Баба Яга!
Кошмар! Что это за «Аве, Баба Яга»? Откуда он этого понахватался? Ладно-ладно, это я вчера всё зверьё по пьяне этому научила. Теперь вот страдаю. Но они же должны были понять, что бухую ведьму слушать нельзя! Хорошо, что, когда мне приспичило выпить с местным духом леса на брудершафт, и я это озвучила, они, не зная, что означает «брудершафт», решили, что с меня хватит, отвели домой, а сами разбежались куда-то. Видимо, побежали делать свои звериные дела.
Я, бросив быстрое «спасибо», направилась на юг в сторону реки. Добравшись до берега, я увидела, как домовой, совершенно позабыв о том, что одна уже не очень злая ведьма совсем недавно собиралась его придушить, с энтузиазмом о чём-то вещал старому дубу. Я подошла ближе, чтобы услышать возмущённое:
- Нет, любезная, вы чаво тут удумали? Мы заказывали три кочерыжки, один флакон лягушачьей слезы и семь литров змеиного яда, а это что? – Тоша выжидающе смотрел на дерево, махая перед ним маленьким флакончиком с голубой жидкостью внутри.
Два продолговатых дупла, напоминающие глаза, засветились ярко жёлтым цветом. Со стороны дерева раздался мелодичный женский голос:
- Извините, но лягушачьей слезы на данный момент нет в наличии, вместо неё мы предлагаем вам флакон свежей жабьей слезы всего за полцены.
- Да на кой нам твоя жаба сдалась? Она ж только на зелье для вызова икоты и годна, - Тоша нахмурился и после минутной паузы продолжил. – Ладно, давай свои жабьи слёзы, авось и пригодятся.
Домовой забрал корзину с ингредиентами из левого дупла, а в правое положил две золотые монеты, которое дерево тут же проглотило.
- Спасибо, что воспользовались «Хоттабыч Экспресс». Мы всегда рады новым заказам! – произнеся уже заезженную и слегка поднадоевшую фразу, дерево благополучно испарилось.
- Ох уж эти джины, - раздражённо буркнул себе под нос Тоша.
Развернувшись на 180 градусов и улицезрев меня, домовой будто прирос к земле, тем не менее, было заметно, что в любой момент он будет готов сорваться со своего места и ринуться прочь от меня.
- Да ладно, - я лениво махнула рукой, - прощаю. Пошли домой!
Тоша окинул меня подозрительным взглядом, но всё-таки зашагал рядом.
- И что будем делать? – осторожно спросило у меня рыжее чудо.
- Валить надо!
- Куда? – прозвучал закономерный вопрос.
Немного задумавшись, я выдала неуверенное:
- В столицу.
- В столицу?! – домовой выпучил свои глаза. – Нита, ты что - головой ударилась, пока за мной бежала?
- Ну а что? Это ж отличная идея – вот, кто, находясь в здравом рассудке, додумается искать ведьму в столице?
- Искать то никто не будет, зато местные жители сразу, по приезде, сожгут. Однозначно!
- Тоша, какая мавка тебя укусила? Не будь таким пессимистом. Всё будет хорошо!
Буркнув под нос раздражённое «Ага, конечно!», домовой взобрался по лестнице и вошёл в дом. Я же побрела к древнему колодцу, в котором часто зависал упомянутый мною ранее дух леса. Подойдя к каменному выступу, я заглянула в чернеющее пространство и крикнула:
- Палыч, вылезай! Разговор есть! – звук эхом разошёлся по колодцу.
- Эй, болезная, зачем так орать? – из темноты показалась сиреневая голова Арсения Павловича. - Сейчас мне всех русалок распугаешь!
- Эх, Сеня-Сеня, опять с этими водишься? Вот возьму и Авдотье всё расскажу!