— Маура, спустись! — командует Ислам, проходя дальше.
— Будешь знакомить со своей девкой? — высокомерно вздернув подбородок, она все-таки двигается в сторону лестницы, спускается.
— Я просил тебя следить за языком? — спрашивает Караев, как только Маура подходит к нам.
Он больше ничего не добавляет, даже не повышает тон, но она извиняется, хоть и нехотя, словно она себя заставляет так поступать.
— Кто эта девушка? — голос спокоен, но взгляд полон пренебрежения.
— Знакомься, это Самира. Она будет жить в этом доме. Займет восточное крыло, — подходит к небольшому столику и наливает из графина воду в стакан, делает глоток. — Ты будешь относиться к ней, как к гостье.
— А на деле она будет греть твою постель? — интересуется Маура, изображая миролюбие.
— Возможно, я сделаю ее второй женой, — заявляет Караев.
— Моего согласия ты не получишь! Сначала дашь мне развод, — слетает с ее лица маска.
— Развод ты не получишь, пока не убедишь меня в том, что тебе можно доверять, — ставит недопитый стакан на столик. Между ними идет битва взглядами. Странная какая-то фраза, при чем тут доверие и развод? — Если я решу привести в дом еще трех жен, твоего согласия мне не понадобится, — продолжает Караев. — Если Данира пожалуется, что вы не ладите, спрошу я с тебя, — даже я слышу тихую угрозу в его голосе.
— Мы поладим, — почти клятвенно обещает Маура. У Ислама точно есть рычаг давления на эту своевольную гордячку.
— Где Данира? — спрашивает он жену.
— Я здесь, Ислам, — появляется маленькая пожилая женщина откуда-то из-за колонн, словно привидение. Подходит к Караеву, на его фоне она выглядит совсем маленькой.
— Данира, это Самира. Она будет жить в этом доме. Посели ее в восточном крыле, — произносит Караев.
— Хорошо, — немного удивленно смотрит на меня.
— Я на работу, — предупреждает пожилую женщину, не взглянув на нас, он уходит, оставляет меня в компании чужих людей, которые не выглядят радушными…
Глава 9
Самира
Как это по-мужски — оставить женщин разбираться самим.
Несколько секунд эхом в моей голове продолжает звучать стук его шагов.
— Самира, откуда ты? — спрашивает пожилая женщина, казалось, спустя целую вечность. Сверлит меня пронизывающим цепким взглядом.
Задавая вопрос, она интересуется не местом моего жительства, а моим родом. Нехотя рассказываю о своей семье. Скандал с братьями, преступления отца и деда опорочили весь наш род. Пока о твоих промахах не трубят из каждого телевизора, ты уважаемый влиятельный человек, но как только твои преступления предаются гласности, от тебя отворачиваются все. Мы теперь нерукопожатные.
Лица женщин пренебрежительно корчатся. Их реакцию я прекрасно понимаю, сама бы отнеслась так же.
— Ислам сошел с ума? — повышает голос Маура на пару децибел. — Зачем он привел дочь убийцы в наш дом?!
— Дети не несут ответственность за преступления своих отцов, — резко произносит Данира. У меня сложилось впечатление, что сделала она это только для того, чтобы утихомирить жену Караева, но в душе полностью с ней согласна. — Тебе ли не знать? — добавляет.
— Фамилией моего мужа ты не отбелишь свое имя, — бросает гневно, совершенно не смутившись замечания старой женщины. А вот меня очень заинтересовало, какие преступления совершили родственники Мауры. Ислам собирает под одной крышей дочерей убийц?
— Не тебе это решать! — недоброе лицо старухи кривит маска злобы. — Не забывай свое место! — пока эти две кобры сверлят друг друга недружелюбными взглядами, я подумываю, как сбежать отсюда.
Главная в этом доме не жена Ислама, а Данира. Она всем здесь заправляет и разговаривает с Маурой, как со служанкой.
— Старая ведьма, — крутанувшись, Маура уходит, негромко буркнув оскорбление под нос.
Моя мама неприятный, тяжелый человек, с ней тяжело делить пространство, а в этом доме две кобры! Только из-за них хочется отсюда сбежать.
— Идем, я покажу тебе твои комнаты, — командует старуха и неслышно семенит в восточную часть дома.
Интересно, сколько лет ушло на то, чтобы научиться так бесшумно ходить?
— Здесь моя комната, — указывает на двустворчатую дверь. — Здесь будешь жить ты, — толкает другую дверь, первой входит в спальню. Захожу следом, но кровати не вижу. Диван, телевизор, журнальный столик. В принципе, можно и на диване спать. — Гардеробная, — открывает скрытую дверь, за которой расположена целая комната. — Ванная и уборная, — тычет рукой в противоположную дверь. — Здесь спальня, — проходит в угол комнаты и открывает еще одну замаскированную под стену дверь. Ого, мне выделили люксовое жилье. Если бы здесь была еще и кухня, закрылась бы и вообще к ним не выходила. — В конце коридора выход на заднюю террасу.