Она нахмурилась, никак не ожидая такого поворота, но все же просмотрела содержимое. Понятнее не стало, какие-то записи, расписки, цифры.
— Что это такое?
— Вот это — он постучал пальцем по на аккуратно сложенным листам — показания студентов, которые платили за успешную сдачу экзаменов. А это — из общей стопки Максим вытащил несколько бумажек — данные расчетных счетов с немалой суммой, о которых вы скорее всего ничего не знаете.
«Показания… платили… счета…» Слова следователя эхом раздавались в сознании, постепенно складываясь в логическую цепочку.
— Этого не может быть… — ошеломленно произнесла Ольга. Весь ее идеально выстроенный мир рушился на глазах. Понимание того, что много лет она жила с человеком, который ей постоянно врал, накрыло так внезапно, что стало трудно дышать. Как бы она хотела, чтобы это оказалось дурным сном.
— Все это проверенные факты. Вкупе с тем, что его взяли с поличным, тянет на немалый срок…но я их не подшил к делу. Вы все еще хотите, чтобы Кострова освободили?
Кострова неопределенно пожала плечами. Если бы не хотела, то не сидела бы здесь.
— В любом случае все зависит от вас — издалека начал Максим, терпеливо ожидая пока она придет в себя. Все шло по плану, как он и предполагал, Ольга не участвовала в махинациях мужа, была выше этого, честнее.
Кострова подняла на него воспаленные глаза, смысл сказанного медленно доходил до нее. Интуиция подсказывала, что он хочет предложить сделку. Неужели слухи о том, что Порываев принципиальный и неподкупный тоже ложь?
— Сейчас вы попросите денег? — усмехнулась она, мысленно проклиная продажных ментов и систему в целом.
— Нет, деньги меня не интересуют — снисходительно произнес он и нервно постучал пальцами по столешнице, ожидая главного вопроса.
— Тогда что?
— Вас… — ответил Максим и впился взглядом в ее лицо. Удивление и растерянность так четко читались на нем, что он не смог сдержать улыбки.
К их столику подошел официант, прервав разговор на самом интересном месте. Ненадолго повисло молчание. Кострова переваривала полученную информацию, сначала ей показалось что она ослышалась, но глядя на сосредоточенное лицо Максима, надежда на это таяла с каждой секундой.
— В смысле? — напряженно спросила она, как только молодой человек отошел на приличное расстояние.
— В прямом, — удовлетворенный произведенным эффектом, Порываев откинулся на спинку стула и перехватив ее *выжидающий* взгляд, пояснил — одна ночь в моей постели и ваш муж свободен.
— Вы наверно шутите.
— Разве я похож на юмориста?
— Значит хотите унизить меня — сделала вывод Кострова, она была оскорблена таким предложением до глубины души и только то, что свобода Стаса стояла на кону не позволяло ей уйти, не выяснив все до конца. Она всегда была верной и благочестивой женой, не давая ни малейшего повода усомниться в своей верности, а сейчас чувствовала себя проституткой, торгующей своим телом. Неужели своим поведением она дала понять, что в ее сторону возможны подобные признания?
— И в мыслях не было. Вы нравитесь мне — откровенно признался Максим. У него не было желания юлить и ходить вокруг да около, он предпочитал всегда говорить правду какой бы она не была. И Ольга не стала исключением, он решил, что она должна знать о его намерениях.
— И всем, кто вам нравится вы предлагаете постель? — саркастично поинтересовалась Кострова. Порываев стремительно падал в ее глазах.
— Отнюдь. Что было бы если бы я подарил вам цветы или скажем пригласил на ужин?
— Конечно я бы отказалась.
— Именно поэтому я предельно честен с вами, и открыто говорю о своем желании.
— Да вы джентльмен — усмехнулась она, стараясь хоть как-то зацепить его.
— Оль — он нежно обратился к ней по имени и накрыл ладонь своей. Она вздрогнула, но руку не убрала, не смогла, попала в плен его обаяния — я знаю, что небезразличен тебе. Чувствую это, — хищные серые глаза затягивали в омут, Ольга как завороженная смотрела в них и не могла отвести взгляд, — Любовь с первого взгляда или простая физиология, назови как хочешь, но этого невозможно скрыть. Поцелуй в кабине лишь подтверждение моим словам, ты хотела меня не меньше чем я тебя, но у меня в отличии от тебя есть силы в этом признаться, а не прятаться. — его хрипловатый голос обволакивал, проникал под кожу, дурманил сознание. — Я прав? Согласись…
Несколько бесконечно долгих секунд длился немой диалог глазами. Нежные поглаживания пальцами стирали все принципы и запреты. Кострова потерялась во времени и пространстве, просто плыла по течению и получала от этого болезненное удовольствие. Резко придя в себя, она выдернула руку будто обжегшись.