- Никак нет, Язва Павловна, я точно по адресу. - Не удержался я от шпильки, но любя. Только сейчас понял как на самом деле я скучал, как это еще не завыл от тоски.
Девушка хмыкнула.
- Чем обязана?
- Ты никак не рада меня видеть? - Продолжал дразнить Фиску я.
- Что вы безумно рада. Только вас всю жизнь ждала.
- Теперь уже я хмыкнул.
- Я так и думал, поэтому я и здесь. Дождалась. Цветочки бы в вазу побыстрее поставить. - Вручил в руки цветы, оттеснив в глубь квартиры свою малышку, а сам зашел, закрыл дверь и без проса пошел на кухню хозяйничать. И продолжал наслаждаться эмоциями Анфисы. Несмотря на то, что она молчала, видимо дар речи от моей наглости потеряла, я все равно чувствовал, как ее разрывает от эмоций и впитывал все.
Опять быстро взяла себя в руке и начала "кусаться", видимо научилась за время нашего расставания.
- Ты в курсе, что тебе тут не рады?
- Догадываюсь, но привыкай. Я в твоей жизни навсегда. - И взглядом показал на еще плоский живот
- Козы. Девчонки проболтались? - Догадалась Фиса, я не стал ее разубеждать. Знать ей про детектива думаю пока не стоит.
- Просто доходчиво объяснили, что сидением под окнами я ничего не решу.
- Значит не показалось.
- Нет. С последней встречи я постоянно рядом. Так легче. - От такого откровения девушка опешила.
- Просто поговорить? - Подняла она бровь и опять скрестила руки на груди, закрываясь.
- Ты знаешь, что говорить нормально у нас не получается. - У нас либо ссора, либо секс, либо и то, и другое. Секс с Финской мне конечно любой заходит, но на нем мы далеко не уедем в дальнейшем.
- Ты же сам провоцируещь или молчанием, или контролем моей жизни. Ты сам от этого права отказался. - В точку. Прям в жирную, болевую точку.
- Знаю. Я придурок. Но таким я становлюсь только с тобой. - Признался наконец я.
- Прекрасно, я еще и в этом виновата. - Выкрутила по-своему моя злючка.
- Не рычи. Иди лучше ко мне. - И я усадил девушку к себе на колени и сразу полез с поцелуями и так слишком долго терпел. Слишком.
- Это ничего не значит. - Не смогла смолчать эта невыносимая женщина.
- Конечно-конечно. - Я был готов согласиться с чем угодно, даже признаться в убийстве Клинтона, лишь бы девушка расслабилась и потеряла контроль.
***
Целовались мы целую вечность. Я не спешил переходить к сладенькому. Никогда не любил поцелуи. Считал их лишними. Только с Анфисой изменил свое мнение. Она вкусная и сладкая. А сейчас я не могу ей насытиться, потому что сам себя лишил их и всего остального.
Когда Анфиса стала ерзать я не выдержал и усадил ее на стол, вклинился между стройных ножек и продолжил поцелуи постепенно спускаясь ниже. Я максимально оттягивал неизбежное, хотел побольше насладиться прелюдией (чего ранее за собой не наблюдал). Раньше было главное добраться до тела и получить разрядку. С Фиской еще с самого начала все пошло не так. Чему я безумно рад. Жалею только конечно потраченного времени в пустую. Почему сразу в ЗАГС не потащил, хотя в берлогу в свою заманил. Ни одной женщины там не было ни до, ни после Анфисы. А ее почти сразу у себя поселил после приема на работу с допуслугами. Как удалось сделать своей, так и стала Фиса у меня ночевать. Потом вещи свои потихонечку перетаскивать, но ненаглела и на хозяйку не претендовала как другие женщины-пираньи. И так было правильно когда она была рядом. Но один осел все испортил. Это я, если вы вдруг не поняли или забыли.
Из моих мыслей меня вывел женский стон. Я так увлекся, что не заметил, что уже добрался до сладкого местечка и вовсю там хозяйничал рукой и тут моя выдержка резко закончилась. Я снял ее брючки вместе с трусиками, а свои штаны спустил выпуская на волю дружка, который по кое-кому очень соскучился. Очень.
Вошел резко без защиты (она нам явно больше не нужна, чему я безумно рад - ненавижу резинки) и начал резко входить и одновременно впился в губки, которые Анфиска покусывала явно ощущая дискомфорт. Но молчит и не жалуется.
- Прости, маленькая, нежности будут потом. П*здец как хочу тебя.
Девушка только хмыкнула, продолжая впиваться ноготками в плечи любимого, извиняющийся Рустам это что-то новенькое. Да больновато и не привычно из-за долго воздержания, но уже по легче, чем в кабинете. Но она и тогда не жаловалась - ее все устраивало. Главное, что он с ней и в ней, остальное неважно.
***
После стола мы переместились на кровать и после второго захода оба отрубились. Я довольный расслабился, а рановато.
Проснулся я от того, что одна хулиганка беременная толкает меня в плечо.
- Рустам Игоревич, вставайте.
- Уже добавки хочется, Анфисочка Павловна? - Не удержался я, хотя знал, что не поэтому эта мадам решила меня растормашить. Хорошо хоть с кровати не скинула.