Ранним утром открылась дверь, и Фея проснулась. Открыв глаза, она увидела вошедшего Макаровича, уже в другой одежде. Фея усмехнулась: “Вилла "Риверсайд", это ведь дом Макаровича?”.
- Что господин Сергей делает здесь? Красота в твоей постели, как ты можешь уйти?
Макарович подошел, не разговаривая. Подняв ее подбородок, он заставил ее посмотреть ему прямо в глаза.
- Больше никаких визитов к ней.
- А если я откажусь? - она намеренно провоцировала его.
- Фея, ты должна знать, к каким последствиям может привести мой гнев.
О последствиях его гнева она, естественно, знала. Вначале она заставила его жениться на ней. После свадьбы он увез ее на остров под предлогом медового месяца, и на этом острове он всячески унижал ее. Когда она думает об этом сейчас, холод все еще проникает в ее тело. Но что с того. Она была готова развестись с ним.
- Ты прав, если ты настроен, то ты настроен, и раз уж тебе так дорог этот человек и ребенок в ее животе, давай разведемся, я оформил документы на развод, - она достала из-под подушки документы о разводе и протянула их ему. - Господин Сергей, давайте разведемся.
Макарович взял его. Глаза феи загорелись, когда она подумала, что он согласился на развод. Но Макарович даже не взглянул на него и просто порвал бумаги о разводе. Макарович ущипнул её за подбородок и прижал к кровати.
- Хочешь развод - иди к Артёму! - глаза Феи переместились на его лицо. Челюсть мужчины была напряжена, брови серьезны, взгляд холоден и бесстрастен. Она закрыла глаза и открыла их снова, беспомощная и растерянная.
- Макарович, ты меня не любишь, даже ненавидишь. Галина носит твоего ребенка, а я ухожу, я отдаю ей ее законное место, чтобы мы оба были счастливы.
- И только теперь ты знаешь, что я тебя не люблю?
- Не в этом дело.
Она хотела обсудить развод, а не докапываться до того, что он не любит ее здесь. Тон Макаровича был суровым и мрачным.
- Я же сказал, о разводе не может быть и речи.
- Макарович, - хотела сказать она, но он оборвал ее слова.
- Это ты решили начать, и в этом случае, повторюсь, прав, чтобы объявить развод - у тебя нет.
Видя, что он не подписывает бумаги о разводе, Фея не могла вот так просто наблюдать за всем.
- Макарович, я хочу развода, и согласен ты с этим или нет, меня это не переубедит. Ты можешь разорвать это соглашение о разводе сегодня, а я могу принести десять копий завтра.
- Тогда давай посмотрим, сделаю ли я то, что ты хочешь, - равнодушно сказал Макарович и повернулся, чтобы уйти. Перед уходом он поставил коробку на комод. - Подарок на годовщину, и если мои родители спросят, ты знаешь, что ответить.
Фея лежа на кровати, посмотрела на коробку, затем на содержимое. На ее красивом лице был написан сарказм. Ему очень тяжело, ведь он так ее ненавидит и вынужден готовить подарки, чтобы разобраться с семьей.
Глава 5 Мне все равно
Фея спустилась вниз. Внизу, в гостиной, господин Сергей и Вера сидели за обеденным столом. Фея подошла к ним и поприветствовала.
- Доброе утро, папа, мама.
- Ну, садись, - сказал господин Сергей. Фея покорно присела. В середине завтрака господин Сергей вдруг заговорил снова. - Что ты собираешься делать с той женщиной в доме у реки? - Фея была поражена и посмотрела на господина Сергея с удивлением. - Я ничего такого не имею в виду, ты жена Макаровича, ты принимаешь решение по этому вопросу, больше ничего не надо.
Фея сразу же поняла, что имел в виду господин Сергей. После завтрака Сергей ушел в кабинет, и Вера взяла ее за руку, остановив её.
- Понимаешь ли ты, что имеет в виду отец?
- Да. Господин Сергей имел в виду, что не нужно думать о ребенке в животе Галины, что никто в семье не будет заботиться о нём.
- Это хорошо, что ты понимаешь.
- Но я решила развестись с ним.
- Что?! - воскликнула Вера.
- Он не любит меня, а та женщина - беременна ребенком, я не хочу больше держаться за него, развод - это лучший вариант, - просто тот факт, что Макарович не соглашался на развод, был для нее очень тяжелым.
- Это всего лишь ребенок, мы не принимаем его. И почему ты обязана развестись с ним? - вздохнула Вера.
Это все разве моя вина? Фея подумала, что всё же - нет. Она просто не могла допустить, чтобы то немногое самоуважение, которое у нее осталось, было растоптано Макаровичем. Она все равно не могла этого сделать - делить мужчину с другой женщиной, тем более после стольких лет, делая все, что должна была делать для Макаровича, который все еще не испытывал к ней никаких чувств и не помнил того немногого, что было у них вначале. Она не хочет продолжать, и развод сейчас - лучший выход.