С тоскливым недоумением разглядывая свою удостоенную поцелуя руку, кочегар Филиппов жаловался: своему однофамильцу водолазу:
— И за что, спрашивается, осрамил? Ведь теперь от ребят прохода не будет…
— Команда, по местам! — звучит голос Пономарева.
…Те могучие силы природы, которые уничтожили льдину Цаппи и Мариано, неукротимо разрушают и ледяной массив вокруг красной палатки. Прежде ровное и чистое ледяное поле сейчас изрезано во всех направлениях глубокими трещинами. К привычным стихиям, угрожавшим обитателям ледового лагеря, прибавилась новая, самая гибельная — вода.
Все обитатели красной палатки сгрудились вокруг рации.
— Чухновский потерпел аварию, — передал Биаджи последнее сообщение с «Красина».
— Это конец!.. — тонкие губы Вильери дернулись в усмешке. — Русские пойдут на выручку своему летчику.
— А потом за нами! — вскричал Чечиони.
— Очевидно, вы можете ждать, — иронически сказал дрожащий от озноба Трояни. — Я лично не располагаю свободным временем!
— Почему? — наивно спросил механик.
— Неужели вы не понимаете, что происходит? Скоро на этом месте будет сплошная вода.
Апатия овладела людьми. Они сидели возле рации, прижавшись друг к другу не для того, чтобы согреться, а чтобы чувствовать рядом с собой чью-то жизнь, биение чужого сердца. Лишь Биаджи с редкой стойкостью продолжал работать ключом.
— Как ваши глаза, Бегоунек? — спросил Вильери.
— Очень хорошо, резь прошла, я просто ничего не вижу.
— Сейчас даже лучше не видеть, — заметил Трояни.
— Но я слышу, — тихо сказал Бегоунек, — этого достаточно…
Да, мир зловеще озвучился. Природа шумно, не стесняясь, творила свое страшное и безвинное дело. Воздух, недавно еще прозрачно-тихий, налился резкими, грубыми звуками. С тяжелым уханьем валятся, кроша друг дружку, ледяные громады. Огромные куски откалываются от ледяных полей, силой давления их выталкивает наверх, в мановение ока выстраиваются и с грохотом падают хрустальные крепости. Их обвалы ускоряют разрушительную работу океана, солнца и ветра.
Все ближе подвигаются к потерпевшим кривые линии разломов. Порой треснувшая льдина как бы сохраняет свою цельность и очертания, порой в трещину мощно устремляется вода, размывая, разводя обломки. Но с тем же равнодушием, порожденным безнадежностью, глядят Вильери и его товарищи на черные щупальца, все ближе подступающие к ним.
Вдруг страшно закричал Чечиони. Всего несколько метров отделяло рацию от палатки, и по этой узкой полосе прошла черная щель.
— Палатка! — кричал Чечиони. — Наша палатка!..
— Бросьте, Чечиони, какая разница!.. — устало сказал Трояни, кутаясь в одеяло.
Но великан не хотел примириться с потерей. Он вскочил и, опираясь на самодельный костыль, запрыгал по льду.
Льдины столкнулись, и Чечиони упал. Его костыль сломался, поврежденная нога вылетела из лубков. Он громко застонал. Бегоунек, растопырив руки, пошел на его голос, но ошибся направлением.
— Чечиони, где вы?..
Вильери приподнял Чечиони и оттащил назад.
— И охота вам, право!.. — сказал он с досадой.
Чечиони плакал от боли и разочарования. Бегоунек, опустившись на четвереньки, полз назад к товарищам.
Красная палатка то приближалась, то отдалялась, она словно дразнила недавних своих жителей.
— «Красин» идет за нами! — закричал Биаджи.
— Вы чего-то путаете… — вяло сказал Вильери. — А как же Чухновский?
Радист оторопело глянул на него и затюкал ключом. Вскоре в наушниках послышался слабый треск.
— Я не ошибся, — взволнованно сказал Биаджи. — «Красин» идет за нами. Чухновский отказался от помощи, пока нас не спасут!..
Вильери вскочил, в его осунувшемся небритом лице вновь пробудилась сила жизни.
— Джузеппе, передайте, что мы ждем, что мы держимся… Но пусть торопятся, не то будет поздно…
Вильери разбежался и перепрыгнул на льдину, где стояла палатка. Он схватил ворох теплых вещей и стал швырять их товарищам. Порой одеяла и шкуры падали на край льдины и сваливались в воду, порой достигали цели. Трояни, в грязном, рваном одеяле, подбежал и стал подбирать вещи. А толстый ослепший Бегоунек беспомощно топтался на месте, он еще не научился ориентироваться в своей темноте.
Вильери поднял ящик с продуктами и потащил его к драю льдины. Ящик был слишком тяжел, пришлось выбросить часть продуктов. Вильери с ящиком в руках перепрыгнул через щель, и красная палатка сразу стала отдаляться.