– Магистр Фругус, – представился он. – И аура у тебя странная, рассмотреть сложно, возможно с магией из-за этого совладать не можешь.
Едва не хмыкнула, но отвлеклась на брата с генералом, которые как раз выходили за дверь. Крис состроил мне страшную рожицу, то ли пугая, то ли желая отвлечь.
Но отвлекаться среди умудренных опытом магов было крайне опасно. Вот и Фругус посчитал, что имеет полное право залезть ко мне в голову. Менталист, чтоб его тролли пожрали. А как про ауру-то аккуратненько сообщил, вроде бы и обозначая свои возможности, но и не желая акцентировать на этом внимание.
– М-м-м, – протянул Фругус, легко поглаживая аккуратную бороду. – Амулет на тебе какой-то, или сама сейчас блокировала?
– Сама, – врать про амулет опасно, наверняка попросят предъявить, а у меня ничего такого и в помине нет.
– Ну вот и ответ, – он улыбнулся, становясь похожим на седого мальчишку. – Наверняка и ментальный дар развивать бросила в пользу более мощного, хотя задел хороший. Я, конечно, не напирал, но ведь отразить удар тоже не всякий может. Будем учиться разделять магические потоки. Сначала в голове, потом на деле.
– Себе заберешь? – вмешался тот самый, который стоял у карты. Мор, кажется, хотя не уверена, что запомнила правильно.
– Попробуем сначала мою методику, а уж потом и к тебе направлю. Все-таки стихии явно в приоритете, – Фругус немного взгрустнул. – Хотя мне, на старости лет, с менталисткой повозиться было бы интересно. Видения бывают?
Я отрицательно замотала головой. Видимо, слишком поспешно, раз Фругус еще раз попытался влезть ко мне в мысли.
Ну надо же, хрыч старый! Неужели у меня не лицо, а зеркало, где все эмоции считать можно? Если узнают, что я способна предвидеть, даже самую малость, выбраться отсюда станет в разы сложнее. Таких не принято отпускать. Меня заставят развивать именно ментальный дар, год за годом, шаг за шагом, пока не выжмут до основания. Хороший провидец всегда на вес драгоценных камней, а раз Фругус стар, скоро потребуется замена.
Я вышвырнула его из своих мыслей резко, и теперь прямо смотрела в глаза.
– Не бывает! – повторила с нажимом, усиливая значение интонацией. – И я бы хотела параллельно заниматься стихийной магией.
– Ну нет, так нет. Я не настаиваю, голубушка. Морис, вот видишь, снова к тебе рвутся, старики никому не нужны.
Он вздохнул тяжело, будто сожалея, но я видела, каким азартом загорелись старческие глаза. Фругусу было интересно настолько, что годы и усталость уходили на второй план.
Влипла по самые уши, спасибо братцу!
– Это прекрасно, – Морис резко оттолкнулся от стола, направившись ко мне. Высокий, статный, опасный. В нем чувствовалось нечто звериное – грация, обманчивая легкость и хищный взгляд. Боевой маг, я чувствовала это, будто бы уже сражалась с ним рука об руку… или только буду сражаться.
Не церемонясь, он схватил меня за руку и потянул к двери. Я едва успевала передвигать вмиг одеревеневшими ногами, потому что неожиданно накрыло пониманием – мы идем во двор, проверять мою магию, а боевые маги жалеть не умеют.
Глава 10
– Смирно! – прогрохотало на весь двор, не успела я в себя прийти от быстрого шага.
Далее действовала на чистых инстинктах, ведь военным приказам обучена не была. Кричали «смирно» – вытягивалась в струнку, «бегом» – неслась по обширному королевскому двору, вымощенному брусчаткой, «магия» – била прямиком в стоящего наготове мага. А потом снова бежала, завидуя тому, как Морис мастерски отражает мои выпады. Не напрягается даже. Раз, и его окутывает едва заметная дымка, два – боевой маг снова отдает приказы.
Сейчас стихии поддавалась легко, должно быть, физические нагрузки глушили на корню ледяную магию. Разогретая кровь неслась по венам все быстрее, а мозг просто не успевал зацикливаться на чем-то, кроме «смирно», «бегом» и «магия». Морис не издевался, как мне показалось вначале, не испытывал на прочность, он пытался понять, как проявляется моя нестабильность.
– Так когда, говоришь, стихия перестаёт реагировать? – маг смотрел на меня сверху вниз, потому что во время последнего забега я споткнулась, а встать не смогла. Так и лежала, рассматривая небесную синь. Кажется, впервые за несколько лет, мне было по-настоящему жарко.