Может, мне можно и мобильный сегодня? В честь такого прекрасного дня? — попытала счастья девушка в последний раз. Нет. Хорошо, мне все понятно. Я буду есть по кусочку в день, — быстро согласилась девушка, вставая и снова усаживаясь в свое кресло. Умница, — поддержала ее Людмила Михайловна, хлопнув в ладоши, наблюдая за «каменной скалой» и «крепким орешком».
Ему не захотелось больше давить. Достаточно и того, что Стефания не сопротивляется. А по чуть-чуть, как она сама сказала, по кусочку он будет получать в день. От нее ее саму.
Все в жизни равномерно. Сегодня ты отрезал, завтра у тебя отрежут. И так по кругу.
Она подарила ему озорную, но счастливую улыбку.
Проказница.
Но если она так будет постоянно улыбаться… Одним куском они не обойдутся.
Интересно, она уже беременна? Груди немного набухли, но это может быть начало менструального цикла. Может, это и есть первые признаки зарождения новой жизни в ней?
Нашей жизни.
…
Они продолжили обедать. Молча, каждый думая о своем…
Добавки? Десерт? Нет-нет, — остановила Стефания хлопочущую Людмилу Михайловну, — я хочу как можно скорее попасть на день рождения сестры и уже бегу собирать вещи.
Николай сверил время на своих часах и напольных возле входа, отметив:
Много не собирай. Мы только на ужин. Летим моим самолетом и через несколько часов обратно. Через какой аэропорт? — вздрогнув, зачем-то уточнила Стефания. Пулково-2.Бегу одеваться.
Она вышла, соблазнительно качнув на ходу бедрами.
Может догнать?
Подняться наверх и провести час, наслаждаясь друг другом?
Нет, не сейчас.
Его Стефания не настроена. В этот момент она уже всем телом и рыжей головкой в Одессе, на дне рождения сестры.
Она чудесная девушка, — начала трудный для себя разговор Людмила Михайловна, — и Стефания без ума от вас и очень любит. Что? — в непонимании уточнил Николай, не сводя прищуренного взгляда с пожилой женщины. Да-да! Это всем понятно! Вы посмотрите, как только она уживается с вами, почти без открытых конфликтов и склок. Эта девчушка готова ради вас на край света и, помяните мое имя, это так.
Она вышла. А он сидел ошарашенный.
Она меня любит.
А почему бы и нет?
Но она не говорила об этом.
Не все в словах. Коль тело есть для этого…
Уже через минуту он довольно улыбался. Сознание и примирение с настоящим дарило чувство бесконечности и полноты жизни..
Она меня любит. Она не стала бы притворяться.
Он ее уже знает и…
Его радостные мысли прервал Иван, заглянув в столовую:
Николай Алексеевич, самолет и экипаж к полету готовы. А чем это так вкусно пахнет? Обедом, Ваня, обедом. Садись, тебя покормят. Я за это время соберусь. Встречаемся через тридцать минут в холле. Угу, — ответил Иван, уже беря в левую руку душистую пампушку, щедро пропитанную чесночным соусом.
Спустя час они подъехали к аэропорту. Служебные ворота. Прямо к самолету, возле него их ждут, прошли в салон, проверка документов. Стефания сидела в кресле, Иван что-то объяснял, вежливые улыбки стюардессы.
Шампанское? Нет, чай. Черный чай с сахаром. Еще что-то? Нет, больше ничего.
Девушка несколько напряжена. Николай выходит из кабины пилота с улыбкой, которая адресована только ей одной. И кровь по венам побежала быстрее, настроение у Стефании сразу улучшилось, вокруг будто стало еще светлее.
Звонит мобильный. Нажав кнопку принятия вызова, он говорит, отвернувшись в сторону кабины пилота. Поэтому со своего места Стефании не слышен разговор.
Чем могу помочь? — к ней снова обратилась стюардесса. Нет, спасибо. Хотя в салоне прохладно. Увеличить температуру воздуха? Да, пожалуйста.
Миниатюрная стюардесса улыбнулась и направилась в хвост самолета, снова вернулась, предложив:
Возьмите плед, Стефания Сергеевна. Спасибо.
Стефания машинально укрыла открытые плечи, не спуская вопросительного взгляда с Николая. Он продолжал говорить.
Персонал аэропорта попрощался, пожелав спокойного полета. Николай даже не повернулся в их сторону, но махнул рукой в ответ.
Стефания застегнула ремень безопасности.
В первом ряду кресел прямо возле входной двери плюхнулся Иван, бросив, однако, внимательный взгляд вокруг. Тонкий нюх Стефании сразу отреагировал: борщ, пампушки с чесноком, ополаскиватель «Травяной» и пачка мятной жвачки. Девушка немного сморщила нос. Но, кажется, Николай не чувствует запаха, а уж Иван вообще доволен: и пообедал по-домашнему, не фаст-фудом, и запаха нет никакого, и Одесса впереди. От дома Стефании до пляжа — пару минут, точно успеет окунуться.