Она разглядывала его, а он ее.
Не пугай ее, Коля. Медленней! Пока она не ведет себя так, как все. Терпение!
Не выдержав поединка взглядов, Стефания инстинктивно отодвинулась от него на шаг, но это вызвало у него лишь улыбку.
Стефания, время упущено, ты сделала выбор. Уже поздно убегать, — сказал он спокойно, положив руки в карманы джинсов. Затем, как будто был полностью уверен в своей победе, бросил еще один убедительный взгляд на Стефанию и вышел.
Я понимаю, чего он хочет. Да и все сегодня это понимали! Сегодняшний вечер, где он хочет меня, а я его.
А хочу ли я этого???
Хочу, даже кончики пальцев сводит.
А что будет завтра, ты подумала?
А завтра будет завтра.
Ты никогда себя раньше так не вела.
Раньше я не встречала таких великолепных мужчин.
Великолепных! О чем ты думаешь?
О нем. Он такой… притягательный, красивый и обещающий. И влекущий, он влечет, обещает удовольствие. Чего только стоит один его пронизывающий взгляд!
Он меня не поцеловал. Но он хочет, чтобы я приняла горячую ванну. Я хочу горячую ванну.
О, какая восхитительно горячая вода!
Вода быстро согрела озябшее тело, обволакивая его теплом и даря чувство расслабления. Стефания лежала в воде, нежась и смывая с себя остатки пены. Она намылила и ополоснула волосы.
Раздался стук в дверь.
Дверь заперта? Кто ее запер?
А что если он войдет? А я голая, в ванне.
И что?
Если ты не откликнешься, я войду. Поверь. Больше всего на свете сейчас я хочу именно это сделать, — сказал с той стороны двери Николай. Я в ванне, — пропищала Стефания, стеснительность которой достигла пика именно в этот момент.
А куда делась эта искусительница, которая несколько минут назад так горела его увидеть?
Я знаю, — ответил он. В голосе слышалась насмешка, — выходи, будем ужинать. Ужинать? В час ночи? Да, — его голос прозвучал, отдаляясь.
Стефания в последний раз окунулась в горячую воду и затем ступила на пушистый белый ковер перед зеркалом. Мягкими белыми полотенцами вытерла волосы и тело. Голову обернула полотенцем.
Фен? Что надеть?
Посмотрев по сторонам, она обнаружила на гладком деревянном столе возле умывальника пакет с одеждой. В нем оказалось свободное хлопчатобумажное платье на тонких бретельках с глубоким треугольным декольте на спине и груди. Волосы она тщательно расчесала и подсушила феном, уложив их свободными волнами.
Открыв дверь ванной комнаты, она увидела Николая стоящим возле окна: правая рука в кармане, вторая заложена за спину, взгляд устремлен в окно. Услышав легкое движение, он повернулся и улыбнулся, плечи немного опустились, расслабившись.
Платье прелестно на вас. Комплимент? Да. Спасибо. Пожалуйста. Прошу к столу, — и он указал на сервированный столик в углу комнаты возле мраморного камина.
На маленьком столике были оригинально оформленные холодные закуски: тартар из говядины с дольками черного хлеба и пармезаном, салат с лососем, икра щучья с белыми тостами, ассорти лесных грибов, печеный болгарский перец с французскими чипсами. Посередине стола стояло еще одно блюдо, накрытое куполообразной серебристой крышкой.
Из высоких динамиков, расположенных по обе стороны телевизора, неожиданно полилась знакомая мелодия: французский аккордеон приглашал на прогулку по Парижу. Стефания остановилась, пораженная.
Откуда он мог знать?! Она обожает аккордеон. Но откуда…?
Еще пару секунд — и зазвучал голос Азнавура: «Как я люблю Париж весной…».
Николай, улыбнувшись реакции Стефании на песню, отодвинул стул, терпеливо ожидая, пока сядет не скрывающая своего изумления Стефания. Его руки коснулись ее плеч, она вздрогнула.
Холодно? Нет, — слишком быстрый ответ.
Последние аккорды. Тишина.
Говори, не молчи. Он подумает, что ты не способна и двух слов сказать.
О чем говорить?
Говори, только не молчи. Мужчины не любят женщин, которые молчат.
А ты откуда знаешь?
…
Вот-вот…
В бокалах разлито ароматное розовое вино.
— За хорошую ночь! — сказал он торжественно, изучая ее ленивым взглядом поверх своего бокала.
Ночь? — не понимающе переспросила Стефания, оглядываясь на темное окно в конце комнаты. Да, за этот момент, когда ты напротив меня и ничего нас более не разделяет, — уточнил он, сверкнув белозубой улыбкой. Хорошо, — ответила Стефания. Лицо горело, пальцы подрагивали.