Она снова посмотрела на Николая. Снова уткнулся в телефон, вроде и вовсе забыл о ней.
Однако как он красив! От одного его внешнего вида, его манерной уверенности в своем превосходстве, понимания собственной значимости и того, что все в его руках и в пределах досягаемости, Стефания поневоле приходит в трепетное ожидание.
Запах!
Очень сексуальный, запах настоящего роскошного мужчины, запах-наркотик…
У Николая потрясающий одеколон. С удовыми нотками, запахом кожи, трубочного табака… Мир вокруг этого мужчины пахнет дорого. И это меня заводит!
Несмотря на его слова, которые указывали на то место, которое он выбрал для нее, Стефании безумно захотелось пересесть к нему на колени и положить голову на его жесткое плечо. Главное, что он рядом. Она с ним. И понедельник — это еще не конец.
Не конец?
А что такое конец? Чей или чего?
Пустота. Такая, которая охватила меня сейчас. И медленно, как удав, обвивается вокруг.
Он же сидит такой уверенный и всемогущий, а не понимает, что это все напускное и преходящее. И не будет так, как он хочет!
Не будет?
Стефания бросила задумчивый взгляд на Ивана. Тот смотрит на дорогу, как будто ничего не слышит и не чувствует. В зеркале она поймала его мимолетный взгляд. Взгляд, полный разочарования. Кажется, даже он разочарован. Но смотрит на нее с жалостью, выражая свое сочувствие и понимание.
Интересно, сколько раз он был вынужден наблюдать подобные сцены? Сколько Маш, Лен, Тань (ах да, последняя, кажется, Оля!), вот так молча ехали на заднем сидении по понедельникам. Рядом с Николаем, но уже не с ним?
Наверное, часто?
Каждые выходные?
Учитывая, что прошла всего три дня. А Николай ведет себя так, как будто он уже видеть меня не может.
Что ж, я свое получила, сполна. Было очень хорошо. Конечно, сумасшествие. Не звонить целых три дня родным! Как это им сейчас объяснить? Так и вижу лукавые взгляды сестричек, снисходительный брата, понимающий бабушки, расстроенный мамы и обеспокоенный отца.
Но это того стоило!
Это тебе сейчас так кажется. Вот подожди, пройдет эйфория, сможешь оценить все трезво.
Нет, определенно стоило испытать это. Николай… Он… И будто мгновение — и будто вся жизнь.
Он того стоит…
Не надо, не нужно уговаривать себя. Все того стоит. Было и прошло… И этот момент прекрасен тем, что прошел…
А будущее?
А оно в будущем! И оно так далеко, это ведь будущее… А сегодня — это сегодня, и не нужно ничего. Более. Не нужно.
Стефания?
Как бы очнувшись от размышлений, она улыбнулась и ответила извиняющимся тоном:
Извини, задумалась. Тебе все понятно?
Что понятно?
Разве можно что-то еще ужасней сказать в их случае?
Такое чувство, что он что-то еще говорил, а я пропустила. Может, спросить?
Угу, и показать себя полной дурой?
Хуже все равно не может быть.
Или может?
Кто знает…
Кроме последнего, — все-таки решилась она уточнить. В сети и в реале о нас с тобой ты не должна распространяться. Минимум данных, дружим, общаемся, видимся. Иногда вместе проводим время. Нет, — спокойно возразила Стефания.
Его темные брови взметнулись на несколько миллиметров выше обычного, в серых глазах сверкнули льдинки. Он удивлен и раздражен. Взгляд стал злым, молчит. Думает.
Я не смогу врать, — сказала она, глядя ему прямо в глаза, — и я не буду никому рассказывать о наших отношениях. Вы ошиблись. Лучше будет, чтобы вообще никто не знал, что мы были вместе. Я не прошу говорить неправду. Прошу умолчать некоторые детали наших отношений, — попытался объяснить свои слова Николай.
Стефания небрежно положила ногу на ногу, откинулась на кожаное сидение, в колдовских глазах заплясали чертики.
Отношений? — мягко спросила она. Да, не говорить сколько раз, где и когда мы с тобой проводили время вместе. Что именно в это самое время делали. Это трудно? — спросил он раздраженно. Да, учитывая, что у нас нет никаких отношений и вряд ли мы больше увидимся, — ответила она, окончательно утонув в раздраженных серебристых глазах.
В зеркале заднего вида отобразилось вытянутое в недоумении лицо Ивана, Николай же и вовсе нахмурил брови.
Извини, но я не собираюсь больше видеться с тобой, — сказала она просто и тихо, отвернувшись к окну.
В зеркале показалось довольные глаза Ивана. Нокаут. Один ноль. Это явно читалось в его взгляде.
Николай молчал, как бы что-то выжидая. Молчание, в салоне сгущалась отрицательная энергия, а тишина делала это состояние вообще взрывоопасным. Не выдержав этого давления, Стефания начала вертеться и заметила свою сумку на сидении. Обрадовалась, открыла ее, достала солнцезащитные очки и спряталась за ними.