— Моя реакция на происходящее с тех пор, как я встретила вас, саму меня удивляет.
Не умышленно, но вполне вероятно, — все-таки счел нужным разъяснить Николай.
Стефания разразилась длительным пояснением видения ею ситуации:
И это ты говоришь мне? Да знаете ли вы… Что я от природы мягкая и покладистая, которая не привыкла нарушать нормы и правила? Даже самые нелепые! Да, для меня обычным является переход только на зеленый свет в ночное время, когда на дороге нет ни одного участника дорожного движения! Я свято соблюдаю все правила! Не согласен. Стефания, это твоя броня. Ты маскируешь себя под серость, под всех. Так поступают многие и в конце концов забывают, что они на самом деле вначале притворялись, а потом привыкли. На самом же деле в тебе горит внутренний огонь, который сильнее всего на свете. И тебя он сильнее. Его свет опаляет и сжигает. Хочу его, хочу для себя, хочу. Очень… Ну а последствия…
Николай замолчал, задумчиво глядя в уже пустую чашку.
Что последствия? — не выдержав напряжения, переспросила Стефания. Последствия могут быть на самом деле губительны для тех, кто не готов и не понимает твоей силы и огня. Да? Как же так! Мы перешли на необъяснимые силы природы? А если человеческим языком? Ты особенная…Я особенная? — спросила Стефания, сраженная неожиданным комплиментом, сказанным невзначай.
Видел ли он себя в этот момент?
Вот он!
Это да! Мурашки по коже и из-под кожи. Сводит с ума одними своими глубокими серыми глазами.
Ты ведь даже не понимаешь этого? Не осознаешь? — не унимался Николай, внимательно изучая смену эмоций на лице Стефании. А что здесь понимать? Украинки — девушки особенные. Да и во всем мире девушки такие, — попыталась объяснить свою позицию Стефания, пожав плечами. Нет, не такие. Конечно, славянские девушки особенные, но ты букет.
Недоверчиво подняв брови, Стефания уточнила:
Букет? Или цветок? Нет, букет цветов. В тебе очень многое цветов, разных, с корневищем.
Звонкий смех Стефании наполнил салон:
— Да, загадочно звучит. Ты писатель?
Нет, — теперь он засмеялся, сбрасывая при этом, словно наваждение, все, о чем говорил. — Пей чай. Он уже остыл. Не люблю холодный чай! — сказала она дерзко, подняв изящный подбородок. Капризничаешь? Нет, констатирую. Как скажите, — сказал он, не сводя с нее изучающего взгляда.
Дверь снова открылась. Вошла вся та же длинноногая красивая блондинка. Но кажется, помада на ее губах стала ярче и юбка чуть выше колен.
— Аня, чай остыл. Принесите другой, — короткий приказ-просьба. Не сводит со Стефании вопросительного взгляда.
Сейчас, Николай Алексеевич, — сказала стюардесса, растягивая губы в широчайшую улыбку, от которой у нее будто бы свело скулы. Что-нибудь еще, Стефания? Нет, спасибо. Горячего чая достаточно, — выдохнула быстро Стефания, убрав рукой с лица непослушные локоны. Почему горячий? — задал вопрос в повисшей тишине Николай, любовно поглядывая на рыжую кудесницу.
Стефания промолчала, не сводя с него таинственного немигающего взгляда. Время как будто остановилось. Но Николай наконец оторвал взгляд от Стефании и обратился к Анне:
Это все.
Дверь закрылась. Они опять одни. Николай и Стефания. Глаз друг с друга не сводят. Что-то было в этом особенное. Взгляд во взгляде, сталь смешалась с бронзой. Он в ней, она в нем. Растворились. Они вместе. Да, на расстоянии полутора метров, но в то же время вместе, ласкают друг друга взглядами. Разве такое возможно? Однако Стефания явственно чувствовала невидимое тепло, исходящее от его взгляда внутри себя, глубоко и приятно.
Почему горячий? — прерывая молчание, снова спросил Николай. Потому что чайные травы только при определенной температуре способны раскрыть весь свой аромат. Они также заслуживают быть испитыми именно в этот момент. И не в иной, когда нам хочется. Ты так трепетно относишься к чаепитию? — недоверчиво уточнил Николай. Нет, в данный момент к тому, что я захотела. То есть? — вопросом подтолкнул Николай ее к дальнейшему разговору. Ну вот если я захотела и заварила чай — я должна его выпить строго по устоявшейся традиции. Будь то одиннадцатичасовой, послеобеденный или вечерний чай. Почувствовать всю гамму вкуса, что он может дать в определенный момент. Весь спектр вкуса! Гурман? — восхищенно подытожил Николай. Нет, гурман — это слишком холодно, я бы назвала себя любителем. От слова любить? Наверное… Я люблю то, что делаю, — ответила Стефания, почему-то переместив взгляд на его сильные колени…