О, эта попка сводит меня с ума!
А эта копна каштановых волос, разметавшихся по простыне, так и просит собрать их в кулак и потянуть за них.
Хочу еще сильнее врываться в это послушное тело. Еще глубже. Хочу поставить на ней свою печать, клеймо, чтобы больше не было вопросов, чья она.
Я никогда не насыщусь, врываясь в нее. Хочется еще и еще.
Кончай, — снова его шепот у ее ушка, затягивающий поцелуй.
Его язык у меня в ухе, одновременно с его членом во мне! Ох!
Она кончила быстро. Как он и велел. От полученного удовольствия она почти легла, но Николай и тут не дал расслабиться. Он ее придержал, еще один выпад… еще… Взрыв — и он навалился на нее всем телом, обмяк, тяжело дыша.
Это то, что нужно, — пробормотал он, по-прежнему прижимая ее всем телом.
Стефания чувствовала полное согласие с ним и отсутствие желания не только спорить, но и разговаривать. Он еще в ней, и она полностью растворилась в нем. Все хорошо. Уже засыпая, она почувствовала, что он снял узы, стягивающие ее запястья, развязал галстук.
Мысли Стефании беспечно разлетелись ажурными листьями сакуры, медленно падая в небытие. Желание объяснить произошедшее исчезло, как мрак перед рассветом. Николай молчал, но в тиши ночи было слышно его прерывистое дыхание, чувствовалось, как он напряжен. Он горел нетерпением, рвался в бой, но, наблюдая за негой своей женщины, был убаюкан ее покорностью.
Завтра. Будет день, и я решу все наши разногласия. Стефания моя. Она будет моей. Будет и следующий день. Следует подождать. Всего лишь до утра.
Перевернув ее на бок, осторожно притянул к себе. Приобнял свободной рукой и закинул ногу на ее изогнутое бедро. Стефания улыбнулась во сне, теснее прижимаясь к нему…
……………………………………………………………………………………………………
В следующий момент, открыв глаза, Стефания увидела перед собой джакузи, до верху наполненную синей водой, от которой подымался белый пар, лопались крупные пузыри. На столике и на полу были зажженные высокие свечи в цветных стаканах. В воздухе витал аромат чайной розы, бергамота и ванили, даря чувство сладостного удовольствия.
Джакузи? Свечи?
Еще секунда — и она в воде, все также в трусиках и бюстгальтере.
У тебя появилась плохая привычка бросать меня одетую в воду, — возмутилась Стефания, мгновенно расслабляясь в горячей воде, насыщенной маслами. Голову она положила на мягкий валик на краю, прикрыв глаза рукой.
Рядом слышалось его тяжелое дыхание. Пульс Стефании участился, она остро реагировала на него. Движение справа заставило ее убрать руку с лица и открыть глаза. На нее сверху, глаза в глаза смотрел Николай. Не моргая. Испытывая ее и бросая вызов. Она выдержала.
— Это тоже плохая привычка, — прошептали ее губы.
— Во мне много плохого, — просто объяснил он, по-прежнему не двигаясь.
— Ты меня боишься? — задал Николай вопрос одними губами, пытаясь прочитать ответ в ее глазах.
Серебро было переплетено с золотом. Глаза Стефании светились внутренним теплом и излучали мягкий свет.
— Иногда, — просто ответила Стефания, не опуская глаз.
— Почему?
— Ты ведешь себя не так, как все. Ты другой.
— Другой…
Его взгляд искал в ее глазах подтверждение словам, мягко обволакивая и завораживая. Наконец он прикрыл веки. Его губы мягко коснулись ее виска. Глаза Стефании тоже закрылись.
Если тебе что-то мешает, то почему ты от этого не избавишься? Что тебя удерживает? — нежно спросил Николай. Ничего…
И правда, что меня удерживает? Раз мы сами надеваем на себя оковы, мы можем и сами их снять. Не так ли?
От этих мыслей Стефания почувствовала себя свободной и парящей. Выпрямив ноги, передвинулась на другой край джакузи. Быстрым движением рук она стянула нижнее белье, остался только галстук. Потянула за его конец в попытке снять через голову, но не смогла. Еще раз потянула — безрезультатно.
Николай, видя беспомощные попытки освободиться от галстука, резко подтянул девушку к себе, схватив за него. Да так, что она легко развернулась в воде и снова оказалась перед ним. Глаза Стефания не открывала. Наперекор. Ведь знает, что он требует, чтобы она постоянно на него смотрела. Секунда — и галстук был снят, а он легким движением опустил под воду ее голову.
Стефания, фыркая, отодвинулась от наглеца подальше. Она взрослая женщина и ниже ее достоинства отвечать на его мальчишескую выходку. Она никак не отреагирует. Пусть сам догадается, что это не разумно!
Открыв глаза, она увидела Николая, собирающегося присоединиться к ней в джакузи. Его накачанные мышцы в свете свечей отливали рельефной бронзой. Обнаженный Николай представлял собой прекрасную скульптурную композицию из мышц. Очарованная его видом, она не успела подвинуться — и Николай одним движением улегся между ее ног, положив голову ей на грудь.