- Боже, как же вы умеете довести… -пробормотал он. Голос стал низким, хриплым. - Вы же этого хотите, да? Чтобы я кончил... только для вас…
Он немного замедлился, будто давая себе отдохнуть. Пальцы чуть прижали основание. Алексия ощущала каждое его движение. Взгляд приклеен к экрану. Её ноги непроизвольно сжались. Она вся, как струна. И в тот момент, когда он резко выдохнул и задрожал, она тоже, внутренне , вздрогнула. Сердце стучало в ушах. Basil застыл, тяжело дыша. Пальцы чуть подрагивали. Он выдохнул:
- Да-а-а… вот так…
Глаза прикрыты. На губах, блаженная, почти ленивая улыбка. Рука Лекс сама потянулась к экрану. Не думая. Не оценивая. Пальцы скользнули по иконке доната. +1500 искр.Пальцы дрожали. Она долго не думая, просто ввела сумму. Просто... захотелось. На экране всплыло сообщение:
@AlexiaMoon отправила 1500 искр.
Чат мгновенно отреагровал:
✧ @WetVibes: Вау, кто эта королева?
Basil открыл глаза. Посмотрел прямо в камеру.
-AlexiaMoon... - произнёс он с лёгкой улыбкой. - Вот это щедро. Благодарю тебя, милая. Он подался вперёд, облокотился локтем на стол. Маска чуть опустилась, но всё ещё закрывала лицо.
- Я надеюсь, ты... удовлетворена, - прошептал он, мягко, почти интимно. - Ты сделала мой вечер особенным. Для такой зрительницы - я готов стараться ещё больше.
Чат загорелся вновь:
✧ @VelvetNight: Я теперь ревную!
✧ @TooHotToType: Господи, он произнёс её ник… я бы умерла.
✧ @SpicyMonday: Хочу быть AlexiaMoon хотя бы на вечер…
Basil усмехнулся.
- Вы все невероятны. Я и представить не мог, что пятничный стрим закончится с таким... фейерверком. Он откинулся на спинку кресла, взял воду, отпил, вытер губы.
- Берегите себя, мои искусительницы. До следующей встречи. И да…- он подался ближе. - Каждая из вас… уже поселились у меня в голове.
Он выключил камеру. Экран стал чёрным. Лишь логотип платформы и надпись: Стрим завершён. Спасибо за участие. Цвета сайта: глубокий фиолетовый фон, неоново-розовые искры, мигающие в правом верхнем углу. Алексия осталась сидеть. Молча. Всё ещё не дышала. Комната: тишина. Сердце стучало в висках. В теле, эхо прошедшей волны. На губах: соль, будто она только что выбежала из моря.
Девушка поднялась медленно. Подошла к окну. За стеклом, утонувший в огнях поздней Москвы. Склонилась чуть ближе, и увидела отражение.Глаза блестят. Щёки вспыхнули. А в груди, странное, слишком реальное ощущение. Не просто похоть. Что-то… намного опаснее. Она коснулась стекла пальцами.
-Ты даже не знаешь, как близко мы были, Basil, - прошептала она. - Или, может, знаешь?
Её лицо, полузабытое, затуманенное, отражалось в окне, рядом с мерцающим огнём города. И в этом отражении, в этом странном блике, Алексия впервые призналась себе: она - не просто зрительница. Она -одержима.
Девушка ещё немного постояла у окна. На улице, жизнь: фары, шум, редкие прохожие. В её студии: глухая тишина. Даже холодильник, кажется, затаил дыхание. Лампочка над плитой мигнула, осветив крошечную кухонную зону. Кровать, в двух шагах. Плед, скомкан на краю.
Алексия медленно подошла. Села, не включая свет. Телефон всё ещё лежал на диване. Экран погас. Лента TikTok уже не манила. Она потянулась к подушке. Большой, мягкой, с серой наволочкой. Прильнула к ней, обняла, крепко, будто это был не кусок ткани, а чьи-то плечи. Губы коснулись её края. И только тогда она позволила себе выдохнуть. Медленно, как будто выпускает не воздух, а желание, усталость, и всё, что накопилось. В горле першило.Глаза не щипало, но будто хотелось…хотелось, чтобы кто-то был рядом. Чтобы не маска с экрана, не голос из динамиков, а настоящее тепло. Но никто не пришёл. Никто не обнял. Никто не сказал: "Ты молодец. Ты справилась".
***
4 сентября/ понедельник/ 15:00
Сентябрьское солнце лениво растекалось по пыльному подоконнику, проникая сквозь тонкий тюль и превращая аудиторию в аквариум из теплого света и гулких голосов. Воздух был напоён запахом кофе из автомата, парфюма и чужих разговоров: оживлённый, щекочущий, будто никто не верил, что каникулы уже подошли к своему завершению . Пары на сегодня закончились, и это было не просто облегчением, почти праздником. После последнего звонка в аудитории устроили собрание группы, где неожиданно всплыл вопрос о старосте.
Алексия полулежала на парте у окна, словно растворяясь в этом медовом сиянии. Русые пряди, тугие, блестящие, как карамель, спадали на плечи. На ней был лавандовый кроп-топ, широкие джинсы с высокой талией и почти новые белые кеды.